Сначала Путин, потом Лукашенко: какими будут изменения в Беларуси

Ветер истории развернулся и начал дуть в другую сторону.

Как может выглядеть наиболее реалистичный сценарий перемен, которые придут в Беларусь? Неужели это время действительно приближается или мы просто разгоняем нереалистичные мечты?

Павел Северинец в интервью «Белсату» заявил, что время перемен в Беларуси может наступить уже в октябре. Уточняю – октябре этого года. Северинец признал, что «Лукашенко может показать чудеса политической изворотливости», но с другой стороны, может уже и не совладать «с кульбитами и с переобуваниями в воздухе». По словам Северинца, в российских регионах – скрытый дефолт, субъектам списываются долги, рейтинг главы России падает.

Признаюсь, Павел Северинец – один из моих любимых белорусских политиков. Уважаю его за мужество, последовательность, принципиальность. И как очень идейный человек, как искренний верующий он традиционно излучает исторический оптимизм. Это вообще необходимо политику – говорить о неизбежности победы в любой ситуации, вдохновлять и вести людей.

Однако моя задача как обозревателя и публициста немножко другая. Я должен попытаться проанализировать положение, которое мы имеем сегодня, тенденции, которые существуют, чтобы поразмышлять о том, действительно ли окно возможностей для Беларуси настолько близко.

И здесь важнейший фактор – ситуация в России и на российско-украинской войне. Это признает и Северинец, да и все политики и аналитики. Может наступить момент, когда Москва начнет хуже контролировать белорусскую ситуацию.

В этом аспекте нужно отметить несколько процессов. Российская экономика замедляется, бюджетный дефицит за январь–июль 2026 года вырос до 2,8% ВВП, а война продолжает оказывать давление на государственные финансы. Одновременно усиливается напряжение между различными группами российской элиты.

Неизвестно еще, до какого уровня может вырасти топливный кризис в России, вызванный ударами украинских дронов по российским нефтеперерабатывающим заводам. По разным данным, производство бензина в России сократилось до 65% от среднего сезонного потребления. Не случатся ли перебои с поставками продуктов, например, в Москву? Как на фоне дефицита топлива люди будут добираться своими автомобилями на работу и домой? Возможно, эти вопросы уже не звучат публицистическим преувеличением.

Совсем последние новости. 1 сентября Владимир Зеленский предупредил авиакомпании и страховщиков, что российское небо становится опасным из-за роста количества украинских беспилотников. При этом он подчеркнул, что Украина не ставит целью атаковать гражданские самолеты. Задача другая: если над Москвой, Санкт-Петербургом и другими городами регулярно появляются украинские дроны, авиакомпании сами должны учитывать этот риск.

«(Российское небо фактически будет закрываться https://charter97.org/ru/news/2026/9/5/697338/). Война, которую начала Россия, закрывает ее небо», – заявил Зеленский.

Для России это довольно неприятная перспектива. Страна получает ситуацию, когда война постепенно перестает быть лишь проблемой фронта и отдельных объектов в тылу. Она начинает влиять на нормальное функционирование одного из самых важных элементов государства – гражданской авиации.

Целью операции должно стать не только нарушение воздушного сообщения. Киев рассчитывает изолировать российских чиновников, олигархов и других состоятельных сторонников Путина от зарубежных маршрутов. И вот первая иностранная авиакомпания отказалась от рейсов в Россию после предупреждения Владимира Зеленского об опасности российского воздушного пространства.

Стратегической целью Украины остается увеличение стоимости продолжения войны для Кремля. Чтобы последствия войны все больше ощущалось и рядовыми гражданами, и российскими элитами.

А тут еще и возможная новая волна мобилизации. Полагаю, сегодняшнее российское государство не даст своим подневольным гражданам возможности откосить.

Украинские дроны, топливный кризис, инфляция, угроза мобилизации, падение рейтинга власти вообще и Путина в частности – может ли все это привести к активному политическому протесту? Вряд ли. За годы войны россияне уже узнали о жестоких последствиях любого публичного несогласия. Однако социальное недовольство накапливается и в любой момент может вылиться во что-то непредсказуемое, как это неоднократно было в российской истории.

Почему я так много внимания уделяю положению в России? Ведь есть общее понимание, что окно возможностей в Беларуси появится только в случае либо кризиса, либо по крайней мере существенного ослабления России.

Образно говоря, это сформулировано в формуле: сначала Путин, потом Лукашенко. Если представить, что сейчас каким-то образом исчезнет Лукашенко, а в Москве остается сильный и уверенный в своих силах Путин, то это создает явные угрозы для белорусской независимости, угрозы резкого вмешательства Кремля в наши дела в той или иной форме.

А нынешнее ослабление России, даже если и не завершится какими-то радикальными изменениями, то в любом случае создает лучшие позиции для демократической перспективы Беларуси.

Экономические проблемы, может, и не приводят к мгновенному краху, но могут заставить Кремль начать выбирать приоритеты. Когда у Москвы становится меньше свободных денег, возникает простой вопрос: готова ли Россия и дальше платить такую цену за контроль над Беларусью? И если война в Украине начнет двигаться к какому-то окончанию или просто к длительному перемирию, геополитическая ценность Беларуси для России может измениться. И тогда у Лукашенко появится то, что он очень любит: возможность балансировать между центрами силы. Причем сейчас уже хватает признаков, что он это понимает. А любое балансирование – это так или иначе шаги в сторону от России.

Если подвести итог – да, я не вижу причин разделять слишком оптимистичную оценку Павла Северинца, будто уже в ближайшие месяцы могут возникнуть основания для кардинальных перемен в Беларуси. Но лично мне кажется, что мы прошли уже дно самых негативных вариантов. Мне кажется, тот самый ветер истории развернулся и начал дуть в другую сторону.

Виталий Цыганков, «Белсат»

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу [email protected]