Да какое там войско в Беларуси. Так есть несколько подразделений спецназа, более или менее подготовленных, готовых к боям и, возможно, имеют некий финансово-моральный стержень. Резервисты, в том числе аграрии, когда попадают в военные лагеря - бухают, жрут от пуза, ходят на теоритические лекции (не все и не всегда) и офицеры в-общем не особо их трогают. Срочники же на все на это смотрят просто тупо и бессмысленно, потому что их не кормят, зимой не лечат даже парацетомолом (так как нет средств), много суицидов так как молодежь не выдерживает издевательств, голода, холода зимой и существования на краю истощения, кругом все ворют передачки с дома, лекарства, шмотки. Власти действуют по принципу - кто выживет, тот выживет. Родители живых боятся жаловаться, а роделей солдат-суицыдников обработало кгб и психиатрия.
Да какое там войско в Беларуси. Так есть несколько подразделений спецназа, более или менее подготовленных, готовых к боям и, возможно, имеют некий финансово-моральный стержень. Резервисты, в том числе аграрии, когда попадают в военные лагеря - бухают, жрут от пуза, ходят на теоритические лекции (не все и не всегда) и офицеры в-общем не особо их трогают. Срочники же на все на это смотрят просто тупо и бессмысленно, потому что их не кормят, зимой не лечат даже парацетомолом (так как нет средств), много суицидов так как молодежь не выдерживает издевательств, голода, холода зимой и существования на краю истощения, кругом все ворют передачки с дома, лекарства, шмотки. Власти действуют по принципу - кто выживет, тот выживет. Родители живых боятся жаловаться, а роделей солдат-суицыдников обработало кгб и психиатрия.
Ответить