The Guardian: Как Путин хочет использовать Беларусь
1- 18.06.2026, 9:50
- 3,004
Кремль создает новый тип вызова для Европы.
Украина усиливает оборону на границе с Беларусью из-за опасений, что Россия постепенно вовлекает режим Александра Лукашенко в свою войну. Пока признаков подготовки нового наступления с белорусской территории нет, однако в Киеве считают, что Москва может использовать Беларусь как плацдарм для усиления давления на Украину и Европу. Об этом говорится в материале The Guardian.
Издание напомнило, что ранее президент Украины Владимир Зеленский заявлял о «необычной активности» на белорусском направлении. Также в СМИ появлялись сообщения о том, что Беларусь расширяет инфраструктуру, способную поддерживать российские операции. Речь идет о логистических маршрутах, полигонах для учений, коммуникационной и наблюдательной инфраструктуре, которая помогает российским ударам дронами по Украине.
Чиновники подчеркивают, что на данный момент нет доказательств того, что российские войска или белорусская армия концентрируют крупные группировки у границы для вторжения в Украину. Вместе с тем беспокойство украинских и европейских чиновников вызывает то, что Москва всё теснее интегрирует Минск в свои военные усилия, в частности через совместные ядерные учения, которые состоялись ранее в этом году.
Среди тех, кто выражал обеспокоенность намерениями Беларуси, есть бывший министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба. В одном из интервью он заявил, что действия Лукашенко сегодня отличаются от его поведения в 2022 году, когда он разрешил использовать свою территорию для российского вторжения.
«Я не говорю, что наступление начнется завтра. Я говорю, что вижу нечто иное. Серию событий, которые дают основания полагать, что Лукашенко готовится к войне», – сказал Кулеба.
Что означает риторика Лукашенко
Другие эксперты также обращают внимание на усиление пророссийской риторики в Беларуси, несмотря на то, что война Москвы против Украины всё больше заходит в тупик.
«Россия находится в стратегическом тупике. Россия сталкивается с серьезными проблемами на фронте, потому что мы начинаем выигрывать эту войну. Использование Лукашенко таких нарративов и пропаганды – это попытка как-то объяснить и оправдать эту ситуацию. А Путин давит на Лукашенко, требуя более тесного сотрудничества и более глубокого вовлечения его военной системы в войну против Украины, поэтому Лукашенко пытается объяснить это своей аудитории», – заявил украинский политик и политолог Максим Плешко.
В то же время другие аналитики, в частности директор Института мировой политики Евгений Магда, очень скептически относятся к возможности того, что Лукашенко рискнет задействовать белорусские войска для поддержки Москвы.
Впрочем, отмечает издание, если среди экспертов в Украине и за её пределами и существует широкий консенсус, то он заключается в том, что Москва, столкнувшись со всё более глубоким тупиком на нынешнем фронте, может использовать Беларусь для угроз расширения географии конфликта не только против Украины, но и потенциально в более широком европейском контексте.
Что видят военные
Журналисты издания побывали на украинско-белорусской границе в Черниговской области в населенных пунктах, которые в 2022 году несколько месяцев находились под российской оккупацией. Теперь там, по их словам, вдоль узкой дороги к границе рабочие устанавливают спирали колючей проволоки, а экскаватор роет новые противотанковые заграждения.
«Ни для кого не секрет, что Беларусь была плацдармом для вторжения в 2022 году, поэтому доверия к Беларуси нет. Мы слышали много заявлений Лукашенко. Мы видим совместные учения, в том числе ядерные. Мы должны быть готовы к любому сценарию. Поэтому каждый день возводим укрепления. Учитывая местный ландшафт и то, что мы уже сделали, на мой взгляд, танкам, технике и пехоте было бы почти невозможно продвигаться здесь. «Все было бы уничтожено», – сказал майор Государственной пограничной службы Украины с позывным Ниссан.
По словам Ниссана, никаких признаков наращивания войск нет. Зато имеющиеся данные свидетельствуют о том, что Кремль стремится ещё активнее использовать ключевой воздушный коридор через границу для нанесения ударов по Украине.
«Мы наблюдаем увеличение количества разведывательных беспилотников, которые летят из Брянской области [России через Беларусь в Украину], чтобы собирать данные о наших войсках», – сказал Ниссан.
Местные жители уже стали экспертами по дронам
Эти тенденции заметили и местные жители. В магазине села Новые Яриловичи, расположенного в пяти километрах от границы и насчитывающего около 300 жителей, 55-летняя Наталья Ланна и 57-летняя Светлана Сотвикова рассказали журналистам, что видят российские дроны каждый день.
«Вчера вечером над нами пролетели 16 дронов, по два в группе. Иногда они летят так низко над селом, на высоте примерно 20 метров, что кажется, будто я могла бы поймать их руками», – говорит Наталья.
По словам Светланы, местные жители уже могут отличить ударные дроны от разведывательных. Она говорит, что у разведывательного дрона «Гербера» другой звук и другой цвет, и он кружит над местностью.
Иной тип вызова
По мнению некоторых аналитиков, именно то, что видят местные жители и военные на границе, и отражает истинную суть риска: не внезапное открытие Москвой нового фронта, а постепенное расширение масштабов российской деятельности с участием Беларуси.
«Для европейских политиков последние события в Беларуси создают иной тип вызова. Это закрепляет за Беларусью гибридную роль, которая не доходит до статуса полноценного соучастника войны, но в то же время углубляет косвенное участие страны в российской агрессии. Для Кремля такой подход имеет смысл. В конце концов, Беларусь более полезна Москве как стабильная тыловая база поддержки, чем как нестабильный союзник на поле боя», – написала белорусская журналистка Анна Любакова в недавнем докладе для Atlantic Council.
По мнению журналистки, по мере того как Беларусь всё глубже интегрируется в военные усилия России, инциденты, связанные с её территорией – будь то активность беспилотников, нарушение воздушного пространства или другие формы давления – «вероятно, будут становиться всё чаще и всё сложнее для интерпретации».