20 ноября 2026, пятница, 11:48
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Рыгорыч, сколько тебе лет?

Рыгорыч, сколько тебе лет?
Ирина Халип

Молодежь vs геронтократия.

Однажды в конце октября я шла вечером по Праге и постоянно встречала группы молодых людей с государственными флагами и плакатами. Сначала подумала, что где-то там футбольный матч. Потом узнала, что они идут на акцию протеста.

Сейчас протестующих в Праге уже почти полмиллиона. На акции едут из других чешских городов, и подавляющее большинство участников — молодые люди. А многотысячные митинги — в поддержку общественного телевидения и радио, которое эти молодые люди не смотрят и не слушают.

Система финансирования общественного телевидения и радио Чехии уникальна. Никаких государственных дотаций, только обязательные платежи граждан. Каждое чешское домохозяйство платит ежемесячно 150 крон за телевидение и 55 крон за радио. Общая сумма — 205 крон в месяц, около восьми евро. Есть у тебя в квартире телевизор или ты не знаешь, как он выглядит, — неважно. Ты обязан платить. Именно из этих обязательных для чехов взносов и состоит бюджет общественного телевидения и радио.

В разные времена чехи, конечно, возмущались. И обязательностью платежей — особенно для тех, кто телевизор не смотрит и радио не слушает, — и одинаковой суммой для всех, независимо от дохода. Но в октябре, когда нынешнее правительство решило перевести общественное телевидение и радио на государственное финансирование, возмутились все. И в первую очередь — молодые чехи, выросшие уже без телевизора и привыкшие получать и новости, и развлекательный контент из собственного телефона, где есть телеграм-каналы, соцсети и ютуб. Для них телевизор — это монитор для «Нетфликса» в лучшем случае. В худшем — совершенно бессмысленная конструкция непонятного назначения, которую зачем-то иногда смотрят родители и дедушки с бабушками. Впрочем, те тоже уже переходят к получению информации из смартфона.

Эти молодые чехи выросли в условиях многообразия источников информации и с осознанием безусловного права на выбор источника. И готовы защищать то, что является для них не частью жизни, а просто самостоятельной, отдельной ценностью. Независимое ни от правительства, ни от теоретического собственника-олигарха телевидение, финансируемое народом, — это та самая ценность. И молодые люди, живущие без телевизора, выходят на улицы этот телевизор защищать.

Точно так же сербские студенты начали протесты и в конце концов сменили власть в борьбе за то, что непосредственно их не касалось. Два года назад обрушился навес железнодорожной станции в городе Нови-Сад, и погибли 16 человек. Вокзал незадолго до того прошел реконструкцию, и местные жители заподозрили, что часть средств была «освоена» чиновниками, что и привело к некачественной реконструкции.

Казалось бы, где навес той станции, а где студенческая жизнь? Над студентами не капало, на них навес не падал, а вольница университетской юности должна была перекрывать локальные катастрофы в их картине мира. Но именно студенты возглавили эти протесты, превратили их в национальное движение, обошлись без кураторства политических сил и своими силами добились досрочных выборов. Еще и победили. Мне, конечно, не по душе тот факт, что сами студенты не пытались войти в избирательный список и пройти в парламент. С другой стороны, это лишнее доказательство того, что их протесты были исключительно идейными.

Появилось даже специальное обозначение — «протесты поколения Z» (в наших широтах это поколение называют зумерами). Это протесты без лидеров, начавшиеся по всему миру в последние годы, протесты децентрализованные и самоорганизующиеся. Такими протестами уже можно обернуть экватор: Болгария, Марокко, Бангладеш, Шри-Ланка, Перу, Филиппины, Непал, Сербия, Кения. Теперь вот Чехия. Но при том, что начинаются они по разным причинам, у этих протестов есть главный общий стержень и главная мишень. Мир в последние годы неумолимо превращается в копию СССР восьмидесятых с его культом геронтократии.

Достаточно вспомнить Эрдогана, Трампа, товарища Си, Путина, иранских аятолл. И молодежь всего мира, даже если выходит за свободу слова или против коррупции, на самом деле протестует против геронтократии. И хотя не всякий правитель, против которого выходит молодежь, — геронтократ и диктатор (Вучич, например), — это ничего не меняет. Потому что мишенью, пусть даже неосознанной, становится мировая геронтократия. Трамп, Си и Путин, встретившиеся на этой неделе в Шэньчжэне, — ее олицетворение. Им на троих 227 лет. То есть они прожили примерно столько же, сколько существуют Соединенные Штаты Америки.

Рыгорыч, ты хоть помнишь, сколько тебе лет?

Ирина Халип, специально для Charter97.org

Написать комментарий

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях

▲