14 чэрвеня 2024, Пятніца, 7:54
Падтрымайце
сайт
Сім сім,
Хартыя 97!
Рубрыкі

Разбойники из Смоленска решили обложить данью дорогу из Беларуси

16
Разбойники из Смоленска решили обложить данью дорогу из Беларуси
Задержание. Изображение сгенерировано нейросетью DALL-E

Чем закончилась фееричная история с рейдерством и стрельбой?

Любая граница — магнит для нелегальных и криминальных дельцов. И граница Беларуси с Россией не исключение. Она вроде как открыта, но официальное ее пересечение подходит не всем, и некоторые выбирают иные пути — полевые дороги, лесные тропы. На этом зарабатывают проводники и перевозчики — обычно это устоявшийся бизнес у местных: все, кому надо, знают, а милиция, как правило, закрывает глаза. Так было и в Мстиславском районе, который граничит c Россией. Но одной зимней ночью в устоявшийся порядок попытались ворваться кавказцы из Смоленска.

Все обернулось стрельбой, а закончилось серьезным приговором — отыскав его в глубинах банка судебных решений, «Зеркало» и узнало подробности этой впечатляющей истории.

Имена в тексте вымышлены, так как настоящие, как и прочие личные данные, в опубликованных судебных документах скрыты.

Дело было в декабре 2021 года. Тогда бушевал коронавирус, на границах были введены ограничения (они действовали с марта 2020-го по март 2022 года), выезд из Беларуси и въезд в Россию был очень усложнен. Нужно было иметь одно из оснований из очень узкого перечня и подтверждающие документы, а также результат теста на ковид. Бизнес нелегальных перевозчиков и проводников в таких условиях расцвел: теперь их услугами пользовались не только те, кто не мог ехать официально (например, находясь в розыске), но и те, кому надо было в Россию или Беларусь по личным делам. Все они пробирались через границу полевыми и лесными дорогами, хорошо знакомыми местным. Российские пограничники пытались за этим следить, но делали это сквозь пальцы.

Смоленские ребята

Об этой «золотой жиле» прознали приятели из Смоленска — Назар, Данил и братья Руслан и Захар. Заводилами были разведенный предприниматель Назар и инженер по эксплуатации зданий Руслан, отец малолетнего ребенка и любимый зять директора Смоленского камерного театра Оксаны Неклюдовой (это настоящее имя).

Парни любили поохотиться и пострелять, поэтому у них было разрешение на оружие и, собственно, оружие: у обоих — охотничьи самозарядные карабины, а у Назара еще и травматический пистолет, который он всегда носил с собой. Судимостей у них не было — пока они не попали в Беларусь.

Налаживание нового бизнеса парни назначили на понедельник, 6 декабря. Решили, что нужно поехать сначала в приграничный райцентр Хиславичи, где у Назара есть дом, связаться там с местным, который мог свести с приграничными перевозчиками, затем выехать на саму границу, найти этих перевозчиков-нелегалов и договориться с ними о переделе территории и потоков.

«Решили познакомиться с кем-то из белорусских перевозчиков, чтобы с ними поговорить и наладить взаимовыгодное сотрудничество. Планировали находить клиентов, брать с них деньги и из этих денег часть оставлять себе, а часть передавать белорусским перевозчикам», — так объяснял это Назар позже, на суде.

Чтобы будущие «партнеры» были сговорчивее, друзья взяли с собой свое оружие — оба карабина и пистолет (все было заряжено). А еще ножи, кастеты и маску-балаклаву — все это потом нашли при них и в машине.

Словом, о «взаимовыгодном сотрудничестве» на деле речи не шло — похоже, смоляне хотели установить на границе свои порядки, начав взимать плату то ли с перевозчиков, то ли с проезжающих людей (или со всех сразу).

Перевозчик

Торговцы из Смоленска Сергей и Валерий поставляли в свой город беларусские продукты. Настоящие или контрафакт — история умалчивает. Очередная поставка была назначена на 6 декабря. Они сели в «Газель» и отправились в один из белорусских городов за товаром.

Закупив сыры и колбасы, вечером мужчины возвращались назад через Мстиславский район — там у них был знакомый Роман, который мог устроить переброску через границу в обход погранпоста российской ФСБ.

Роман, кажется, знал всех, кто промышляет на границе. Были среди его друзей и сотрудники правоохранительных органов, например, ГАИ, и многие участники нелегальных перевозок. Когда россияне позвонили ему и попросили помочь, он связался со своим приятелем Максимом.

У того был уазик на российских номерах, и вместе с братом Иваном они проводили машины «клиентов» через границу, а если погода плохая и полевую дорогу развезло — могли и протянуть на буксире в соседнюю страну. Как потом уверял Роман, за такую услугу много не брали — только «на бензин», часть он оставлял себе, часть забирал Максим. Правда, сами клиенты называли потом суммы побольше — то 7, то 10 тысяч российских рублей (100−130 долларов).

В этот раз владелец уазика тоже согласился «помочь». Роман сообщил Сергею и Валерию, что их встретят в 22.00 на трассе, ведущей в российские Хиславичи, у поворота на деревню Ослянка, и отвезут куда надо.

Как видно по карте ниже, нелегальная переправа через границу проходила всего в паре километров от трассы и контрольного пункта пропуска.

Охотники

Вечером того же дня из Смоленска выехали на двух машинах предприимчивые друзья: Руслан поехал с Данилом, а Назар с Захаром. Прикрытием для выезда была охота. «Собирались поохотиться, пострелять по мишеням, пожарить шашлыки», а заодно разведать обстановку, уверяли мужчины на суде. Впрочем, прикрывались не слишком старательно: никаких приборов для ночной охоты у них с собой не было. Только оружие — два карабина и «травмат».

Ружье Руслана лежало в его машине. Точнее, новенький кредитный кроссовер принадлежал его теще — директору театра, она зятя любила и разрешала пользоваться авто. К слову, в тот день он успел получить от тещи взбучку: она подвозила свою сотрудницу на машине и заметила в багажнике ружье, тут же позвонила Руслану и отругала его (по правилам оружие можно хранить только в сейфе, а в других случаях нельзя оставлять без присмотра). Но брать кроссовер не запретила, поэтому на нем парень и поехал к границе. Новый автомобиль выглядел представительно и обещал быть надежным на бездорожье.

Приятели прибыли в Хиславичи и нашли местного проводника-перевозчика Антона. Добровольно или не очень, но тот согласился поехать с ними, пообещал показать точку на границе, где можно найти белорусских перевозчиков, и познакомить с теми.

Две машины встретились в районе деревни Большие Хутора, от которой как раз проходит полевая дорога через границу в обход пропускного пункта. И разделились — видимо, для того, чтобы иметь больше шансов отыскать тех самых перевозчиков. Был поздний вечер, пошел снег. Трое шерстили поля на авто, а Назар с Захаром в какой-то момент оставили свою машину у деревни, чтобы она не завязла, и ходили пешком, прихватив оружие.

Потом и те, и другие говорили, что заблудились и останавливали встречные машины, чтобы спросить дорогу. Водитель одной из них, которую Назар встретил на российской территории, сообщил, что до места встречи с проводником для переправы еще три километра.

Эпизод 1: «Выходи, поговорим»

Тем временем фургончик жителей Смоленска с белорусскими сырами и колбасами понемногу полз через ночное поле. Дорога была плохая, и Максим на своем уазике тянул его на тросе. В какой-то момент он решил проверить, что там дальше, удастся ли проехать, — отцепился и тронулся вперед, на разведку, сам.

Ну как сам — в машине с ним была его девушка Марина, их малолетняя дочка и еще друг Степан, который привез тот самый трос. Все они, по их словам, решили в тот вечер прокатиться с Максимом за компанию.

Внезапно водитель заметил впереди в поле свет фар, подумал, что кто-то заблудился и надо помочь. Он подъехал ближе, но мотор глушить не стал. Машина чужаков находилась у одной из точек сбора — «у плит и бочек», как ее называли местные.

Рядом с кроссовером на российских номерах были трое мужчин. Один из них стоял спиной — Максим, приглядевшись, узнал своего знакомого Антона, перевозчика из Хиславичей. Он окликнул его, но мужчина почему-то молчал.

В этот момент двое остальных (Руслан и Данил) приблизились к уазику с двух сторон. Мужчины предложили ему «выйти поговорить» и дернули двери. Максим испугался и, не выходя из машины, развернулся и уехал назад.

«Оскорбил, задев национальность»

Вернувшись к «Газели» с клиентами, он снова подцепил ее на трос и потянул другой дорогой. Удивительное дело, но за уазиком был уже не один фургон с сырами, а восемь разных машин. Потом на суде ни Максим, ни его брат, ни другие беларусы эти авто не упоминали, о них рассказали только россияне. Вероятно, проводник в тот вечер указывал путь целой колонне желающих попасть в РФ.

Через несколько километров, уже перейдя границу и почти добравшись до деревни Большие Хутора, Максим снова увидел встречный свет фар, метров за 300. Рядом были двое мужчин, как минимум один — в камуфляжной куртке (на этот раз это были Назар с Захаром). Завидев колонну, незнакомцы побежали в их сторону.

Водитель уазика испугался, что на этот раз его подстерегли российские пограничники, тут же остановился, отцепил трос и стал разворачиваться. Сергей и Валерий, которые были в «Газели», говорили потом на суде, что услышали выстрел и увидели над бегущими искры. Сначала они тоже думали, что это силовики.

В это время Назар кричал водителю УАЗа остановиться, но, как сказал он потом на суде, тот послал его матом, оскорбил, «задев его национальность», и уехал.

Эпизод 2: «Да у вас столько товара!»

Сразу после этого остальные машины тоже бросились врассыпную. Осталась лишь «Газель» и еще легковой Opel — оба попросту завязли.

Чужаки подошли к фургону. Один из них направлял в сторону водителя пистолет, у второго на плече висел карабин. Мужчина с пистолетом поинтересовался, кто был на уазике и почему сбежал. Те ответили, мол, проводник, испугался, вдруг вы пограничники.

Назар решил посмотреть, что земляки везут в кузове. Увидев сыры и колбасы без документов, он заявил водителю: или ты сдаешь мне того типа на уазике, или я тебя сдаю российской налоговой. И сфотографировал номер машины на телефон. Тогда мужчины предложили ему деньги.

Так он рассказывал эту историю сам, но вот Сергей с Валерием говорили иначе. По их словам, мужчина, угрожая пистолетом, потребовал с них деньги за проезд по дороге. Они предложили 10 000 российских рублей, но тот возмутился и сказал, что «это смешно», ведь они «везут столько товара». Тогда они отдали ему все, что было, — 20 100 рублей РФ и 300 белорусских, а также мелочь.

Назар милостиво позволил оставить мелочь «на бензин». Записал их и дал свой номер телефона и предложил «звонить, если что». К слову, своему другу об отнятых деньгах он не сообщил.

После этого смоляне на «Газели» двинулись дальше в Россию и сразу позвонили Роману рассказать о случившемся — он ведь должен был обеспечить беспроблемную переправу, а их ограбили. Идти в полицию торговцы не хотели: в таком случае у них самих могли быть проблемы из-за нелегальной перевозки товара. Белорус пообещал разобраться.

Представились пограничниками

Пока Назар грабил «Газель», его друг Захар поговорил с водителем Opel. Тот оказался простым строителем, которому таким способом приходится ездить на работу в Россию.

К слову, этот белорус потом дал показания в суде. И в них есть важная деталь, которую не упоминал никто из россиян. По словам строителя, когда мужчины — один в камуфляжной куртке и с пистолетом, второй с карабином — отпустили стоявшую перед ним «Газель», то подошли к нему и представились сотрудниками пограничной службы России, но удостоверений не предъявляли и своих данных не называли. Один из них сфотографировал номер его машины на телефон. Они спросили, что он везет и как сюда проехал, и попросили их подвезти. Ему пришлось согласиться.

Беларус довез парней до точки встречи с проводниками для оплаты. Это был холм, весь изъезженный машинами, но никого на месте не было. Тогда они двинулись обратно и наткнулись на Руслана.

Строителя на Opel отпустили, Антона высадили и сказали возвращаться домой в Хиславичи на Назаровой машине — все равно от нее не было толку в поле. А сам Назар с Захаром пересели в машину к Руслану и Данилу.

Как потом говорил Назар в суде, в это время его попросту трясло от оскорблений, которые он услышал от водителя УАЗа, он хотел с ним разобраться и попросил его догнать. Назар положил свой карабин под водительское сиденье, где уже лежало ружье Руслана. Травматический пистолет остался у него на поясе.

Приятели развернулись и поехали опять на тот же пятачок — место встречи.

Эпизод 3: «Это наша дорога»

Тем временем Максим, удрав от вооруженных россиян, позвонил брату Ивану. Тот находился неподалеку, возле одной из деревень, на своей легковушке — якобы ждал, чтобы «при необходимости помочь проезжающим по полю машинам».

Услышав, что случилось, Иван подъехал и встретил брата у белорусской деревни Браги. Девушка Максима попросила отвезти ее и дочку домой. Братья решили поменяться машинами. Максим со своими пересел в легковую, доехал до Ослянки и затем отправился домой, друг Степан, который был с ними, тоже уехал.

Иван остался стоять на уазике, двигатель не глушил. Ждал он кого-то из клиентов или хотел разобраться с чужаками, неясно. Через минут 15 сзади к нему почти вплотную подъехала машина россиян. Оттуда вышел мужчина, подошел вплотную к водительской двери. В правой руке он держал черный пистолет, направляя дуло на Ивана. Незнакомец сказал: «Это наша дорога, давай деньги!» Конкретную сумму Назар не назвал.

У белоруса не было наличных, пришлось так и сказать. Мужчина всерьез боялся, что его застрелят. Когда Назар на секунду отвернулся к своей машине, Иван воспользовался моментом, дал по газам и стал спускаться с холма в поле.

«Решили вопрос миром»

Кроссовер россиян там проехать не мог. Они вышли из машины и побежали за уазиком. Назар кричал ему остановиться, чтобы «поговорить», затем достал пистолет, пальнул в воздух и опять крикнул «Стой, или буду стрелять».

Со слов Назара на суде, он хотел, чтобы водитель испугался и остановился, но Иван крикнул в ответ, что не будет с ними говорить, и «послал их нецензурно». Тогда Назар стал стрелять — якобы по колесам, но «в пылу погони», как он выразился, попал почему-то в заднее стекло.

Водитель УАЗа услышал выстрелы и звук разбитого стекла, но все равно не останавливался и продолжал ехать.

Друзья Назара разозлились на него и стали кричать, не понимая, зачем ему понадобилось стрелять. Но все же решили еще раз попытаться догнать уазик — по словам Руслана, хотели «уладить вопрос миром». Они снова сели в машину и попытались ехать за ним. Тот все удалялся, а спустя какое-то время россияне завязли посреди поля, поперек дороги. Оставив Назара в машине, двое других побежали было вслед за уазиком.

И вот тут они увидели приближающиеся проблесковые маячки машины ГАИ. Когда та подъехала, приятели поняли, что они на белорусской территории и крепко влипли.

Заманил?

Водитель УАЗа специально заманил их на территорию Беларуси, куда они ехать не собирались, и сдал милиции, уверял потом Назар на суде.

Может быть, он и прав, но истинные мотивы Ивана из судебного документа понять невозможно. А действовал он следующим образом. Едва оторвавшись от стрелявших россиян, он позвонил брату и рассказал, что происходит. Ну, а Максим позвонил своему другу Роману-перевозчику и рассказал, что оставил «Газель» с россиянами в поле, испугавшись каких-то мужчин, возможно, пограничников, и что по его брату в уазике стреляли неизвестные возле деревни Браги.

Роман к тому времени уже успел получить звонок от самих смоленских торговцев о том, что двое мужчин на полевой дороге забрали у них все деньги. Он сложил всё и понял, что какие-то залетные россияне серьезно пошалили у него на границе.

Роман решил позвонить не напрямую в 102 (не хотел, мол, отвечать, если информация не подтвердится), а своему другу Кириллу, который работает в ГАИ Мстиславля. Попросил проверить, что происходит на границе, и сам тоже поехал к Ослянке, остановившись у поворота с трассы. Вскоре туда подъехали на машине ГАИ Кирилл с коллегами, Роман показал им, в какой стороне была стрельба. А чуть погодя со стороны Ослянки на трассу выехали несколько машин разных марок и умчались прочь (видимо, это была та самая колонна, брошенная в поле).

Эпизод 4: прощай, оружие

Сотрудник ГАИ Кирилл на суде сообщил, что друг Роман позвонил ему около 22.50 и рассказал о стрельбе возле деревни Браги. Они добрались туда минут за 20. Увидели в метрах 300 от границы автомобиль с российскими номерами, стоявший поперек дороги. Рядом с машиной были двое мужчин. Еще двое шли со стороны поля. Еще издалека он видел у них оружие, которое те, завидев силовиков, сначала спрятали в машину.

Кирилл сперва сделал вид, что не знает об оружии, ведь подкрепления у них не было — только они с напарником. Гаишники спросили, что мужчины тут делают, и те сказали, что заблудились. На требование о документах двое показали электронные паспорта в телефоне, один — военный билет.

Пока проверяли друзей, Назар вытащил из машины ружья и пистолет, прокрался в сторону и выбросил оружие в кусты. Но Кирилл это заметил. Все вели себя спокойно, и он решил спросить про оружие. Назар и Руслан сказали, что оно принадлежит им и у них есть разрешения, но не при себе — остались в другой машине на территории РФ.

Кирилл сказал, что надо разбираться, и вызвал подкрепление. Приехали еще двое сотрудников, задержали всех и увезли в РОВД. Россияне не сопротивлялись. Их оружие достали из кустов в целости и сохранности, а при обыске у них нашли еще ножи и кастеты.

Разбойники и контрабандисты

Задержаны были все четверо, но фигурантами уголовного дела стали только Назар и Руслан. Данил пробыл под стражей как минимум полгода, но потом его отпустили. Был ли в статусе подозреваемого Захар, неясно. Но этим двоим окончательные обвинения так и не предъявили — в их действиях ничего преступного в итоге не усмотрели.

А вот Назару и Руслану обвинения достались серьезные, особенно первому. У него было четыре пункта по трем статьям Уголовного кодекса:

ч. 1 и ч. 2 ст. 207 (Разбой, то есть применение или угроза применения насилия с целью завладения имуществом, и разбой повторно) — за эпизоды с вымоганием денег у водителей «Газели» и УАЗа. Наказание — от шести до 15 лет колонии;

ч. 2 ст. 333−1 (Незаконное перемещение через государственную границу оружия и боеприпасов, группой лиц). Наказание — от пяти до десяти лет колонии;

ч. 3 ст. 295 (Незаконное хранение и перевозка оружия и боеприпасов, группой лиц). Наказание — от двух до десяти лет колонии или до пяти лет «химии».

Руслан в разбое не участвовал, поэтому ему предъявили только два последних пункта. Дело в том, что хотя оба мужчины получили свое оружие законно, они имели право хранить, перевозить и использовать его только на территории России, а вот в Беларуси у них такого разрешения не было.

Пытки в ходе следствия

Суд по делу состоялся осенью 2022 года. Во время процесса и Назар, и Руслан признали вину и дали подробные показания в том виде, как описано выше. Но сделали они это далеко не сразу.

Сперва россияне отнекивались от преступных действий. Руслан говорил, что они собирались охотиться, хотя он не сильно большой охотник, ружьем пользуется, лишь чтобы «пострелять по зайцам, по мишеням», и попросту забыл, что оно в машине. По его словам, они заблудились, останавливали машины, чтобы спросить дорогу, а с водителем уазика просто поговорили и разъехались, завидев ГАИ.

Назар вообще сначала ничего не рассказывал и утверждал, что найденные при нем деньги — его личные. «Раскололся» он лишь спустя два месяца, но тоже не полностью. За время следствия оба не раз меняли показания.

«Н. объяснить, почему изменил свои показания в суде, не смог», — говорится в документе.

Вообще-то объяснить он смог, сообщается на другой странице. На судебном заседании россиянин заявил, что во время следствия его пытали, выбивая показания, он писал в разные инстанции, но никто не помог.

«Применяли недозволенные методы следствия, избивали, он обращался к врачам в тюрьме, писал в прокуратуру и российское консульство, однако все оставалось без ответа. Считает, что признательные показания в ходе следствия были получены незаконно, под давлением, поэтому дает правдивые показания в суде», — передаются в документе слова Назара.

О пытках заявил и Руслан. По его словам, во время следствия его избивали, принуждая сознаться, он писал жалобы на действия сотрудников СК, просил поменять следователя, который оказывал на него давление, но безрезультатно. Насчет показаний с первого допроса, которые были озвучены в суде, мужчина заявил, что он такого не говорил и следователь подделал его подпись, даже при том, что допрос был с адвокатом.

К слову, жалобы россиян не остались без ответа. Но он был ожидаемым: ничего, мол, не подтвердилось.

«Доводы обвиняемых о том, что их в ходе следствия избивали, принуждали давать признательные показания, суд не принимает во внимание, поскольку по жалобам обвиняемых проводились проверки УСК Могилевского облисполкома, по результатам которых в возбуждении уголовных дел в отношении сотрудников УСК и милиции отказано», — говорится в приговоре.

«Планировали вклиниться в незаконный бизнес»

Так или иначе, доказательств против Назара и Руслана было предостаточно. В суде выступили и потерпевшие, и множество свидетелей — и торговцы из Смоленска, и все трое белорусов, промышлявших перевозками, вместе с их другом и девушкой Максима, которые тогда были в уазике, и белорус-строитель на Opel, и милиционеры, и даже знакомая Руслана из Смоленска, которая работает в театре под начальством его тещи. Она, к слову, сказала, что отлично знает Руслана и может охарактеризовать его только с положительной стороны.

Кроме того, было изъято оружие с патронами, на руках Назара были четкие следы продуктов выстрела.

Экспертиза автомобиля УАЗ подтвердила, что по нему стреляли из оружия Назара. Ущерб от разбитого стекла составил 100 рублей, и владельцу машины его возместили до суда.

На телефоне одного из обвиняемых было обнаружено фото номеров ограбленной «Газели». У Руслана были и снимки карт Могилевской области.

Также были данные от мобильных операторов обо всех созвонах всех фигурантов и свидетелей во время описанных событий и о том, к каким базовым станциям они подключались, несколько раз пересекая госграницу.

Все доводы россиян о том, что они хотели поохотиться и заблудились, были отвергнуты, ведь они признали, что ехали к месту сбора белорусских перевозчиков с проводником Антоном, который сам занимался перевозками и знал местность.

В итоге суд пришел к выводу, что преступный умысел мужчин однозначно доказан, как и их вина в разбое и контрабанде оружия и то, что они действовали по сговору.

«Они имели одну общую цель: найти нелегальных перевозчиков, договориться с ними о нелегальной перевозке, при этом знали, что данная нелегальная перевозка уже осуществляется беларусскими перевозчиками. Тем самым они планировали вклиниться в отлаженный незаконный бизнес, для чего возможно применение насилия или угроза его применения (соответственно, необходимо оружие). Также действия были согласованы и в момент их задержания, когда они пытались избавиться от имевшегося при них оружия», — заключил суд.

Усиленный режим

Приговор вынесли 3 октября 2022 года. Назар и Руслан были признаны виновными по всем пунктам. Отягчающих обстоятельств для них не нашлось, для Руслана смягчило вину то, что у него на иждивении есть маленький ребенок, для Назара — то, что он возместил ущерб владельцу УАЗа.

В итоге обоим по каждому пункту были назначены фактически минимальные сроки, однако после сложения наказаний они оказались внушительными.

Назар получил семь лет лишения свободы в колонии в условиях усиленного режима со штрафом 130 базовых величин, что составило 4160 рублей.

Руслана приговорили к пяти годам лишения свободы в колонии в условиях усиленного режима и штрафу в 100 базовых величин — на тот момент это было 3200 рублей.

Также с Назара взыскали 779, а с Руслана 476 рублей процессуальных издержек.

К слову, в приговоре говорится, что при вынесении наказания «было принято во внимание, что потерпевшие сами занимались противоправной деятельностью». Однако из судебного документа неясно, понесли ли нелегальные перевозчики-беларусы какую-нибудь ответственность.

Отметим, и в Беларуси, и в России есть административная ответственность за нарушение режима госграницы. С российской стороны границу с относительным успехом охраняют сотрудники погранслужбы ФСБ, но постоянно контролируют только проезд по трассам. С белорусской же стороны пограничников нет. Поэтому если в России и привлекают кого-то за нарушение границы, то в Мстиславском районе подобных административных дел с 2021 года не было — по крайней мере, в банке судебных решений нет ни одного соответствующего документа.

Напісаць каментар 16

Таксама сачыце за акаўнтамі Charter97.org у сацыяльных сетках