Торговля назначена крайней

Почему белорусы не покупают белорусское?

Доля белорусских товаров в рознице — 54,6%, прирост за полугодие 0,1%, то есть на уровне статистической погрешности. Такие данные привел на недавнем совещании в Вилейке Александр Лукашенко. Причем он отметил, что даже этот прирост обеспечен продажами автомобилей «Белджи» под государственные кредиты. «Владельцы сетей также несут ответственность за формирование спроса именно в пользу отечественного», — заявил Лукашенко. Но в этом ли корень проблемы?

Только за пять месяцев нынешнего года в Беларусь завезли потребительских товаров на 7,5 млрд долларов — почти на треть больше, чем годом раньше. А в более длительной ретроспективе картина еще выразительнее. В январе — июне 2015 года доля отечественного в товарообороте организаций торговли составляла 69,5%. В 2021-м — 59,2%. В 2024-м — 57,9%. Сейчас — 54,6%. Минус 15 пунктов за 11 лет, причем при различной конъюнктуре и разном наборе поручений сверху. Очевидный тренд.

Показательна и структура нынешнего «роста» доли белорусских товаров на отечественных полках. Непродовольственные товары за январь — июнь действительно прибавили — с 34,3% до 35,9% в сравнении с первым полугодием 2025-го. Но внутри этой группы есть одна строка, которая объясняет все: доля отечественных новых легковых автомобилей выросла с 39% до 68%. Это и есть «Белджи» с господдержкой кредита.

Вычтите это слагаемое — и никакого прироста не останется.

Когда нет выбора, берут что есть

А вот о чем на совещании не докладывали. Холодильники и морозильники бытовые: доля отечественных в продажах упала за первое полугодие к аналогичному периоду предыдущего года с 47,2% до 31,3% — минус 16 пунктов. Бытовая химия — с 36,8% до 31%. Керамическая плитка — с 55,9% до 51,9%.

В легкой промышленности — не менее выразительно: трикотажная одежда: 36,6% в 2021 году, 13,1% сейчас. Нижнее белье: с 64,2% до 37,9%. Обувь: с 34,1% до 14,9%. Чулочно-носочные изделия, где белорусский производитель еще недавно держал рынок, — с 78,8% до 62,5%. Это не про санкции и не про маркетплейсы: покупатель просто перестал брать отечественное.

Продовольствие держится лучше — 75,4%, — но и там есть провалы, причем именно в переработке. Детское питание: было 78,7% в 2021 году, стало 67,4%. Плодоовощные консервы и соковая продукция: с 80,6% до 65,8% всего за четыре года — и это в стране с сильным агросектором, которая гордится урожаем. Макаронные изделия — с 65,7% до 57%. Свежие яблоки — с 62,2% до 47,8% за один год.

Впрочем, есть и обратные примеры, и они не менее красноречивы. Телевизоры: с 14,3% в 2021 году до 27,4%. Велосипеды: с 22,7% до 30,5% за год. Коньяк — с 65,8% до 71,6%. Никаких совещаний по телевизорам и велосипедам не проводилось. Просто появился товар, который покупают.

Конечно, есть фактически монополии. Автомобильный бензин — 100%. Дизельное топливо — 100%. Яйца — 100%. Свинина — 100%. Сахар — 99,3%, водка — 99,1%, сливочное масло — практически 100%. Но там, где выбор реален, доля падает до 13–15%.

Закономерность простая: показатель равен 100 там, где альтернативы физически нет — либо из-за логистики, либо потому, что путь импорту закрыт. Импортозамещение по-белорусски в рознице держится не на конкурентоспособности, а на отсутствии конкурента.

Торговля назначена крайней

Диагноз, поставленный на совещании, звучит так: владельцы сетей несут ответственность за формирование спроса в пользу отечественного, и с этой задачей они не справляются. Торговля, по мнению чиновников, должна не удовлетворять спрос, а формировать его, причем в заранее заданном направлении, определенном не покупателем, а планом сверху — там виднее.

В экономике, устроенной нормально, спрос рождает предложение. Бизнес видит, что люди покупают, и в ответ начинает это производить. Произведенное само оказывается на полке, потому что торговля зарабатывает оборотом, а не отчетностью.

И у нас никто не отдает сети команду взять пользующийся спросом белорусский товар: если он ходовой, берут и так.

В логике совещания цепочка перевернута: чиновник ориентирует сеть, сеть ориентирует производителя, производитель делает то, что сеть обязана реализовать, и сеть отчитывается о росте доли белорусских товаров в реализации. Замкнутый контур, в котором есть все, кроме покупателя со своим мнением.

Министр антимонопольного регулирования и торговли Артур Карпович там же отметил, что ассортимент широкий и покупателям есть из чего выбрать. Формально — рапорт об успехе. По существу — описание механизма, который на совещании обрисован как проблема.

Выбор и есть причина «провала»: пока выбора нет, доля отечественного стремится к 100% автоматически. Ровно так это и работало в системе, ностальгию по которой Лукашенко в тот же день не скрывал, заявив, что стране не хватает советской системы управления, и приведя в пример Китай, который «сдуру ничего не ломал».

Социология на кассе

Отдельного упоминания заслуживает формула про деньги, которые могли бы остаться у отечественного производителя, но утекают за границу. Чиновникам сложно смириться с тем, что это деньги чужие: даже если они принадлежат домохозяйствам, которые их заработали и потратили по своему усмотрению.

Покупка импортного холодильника вместо белорусского — не утечка, а голосование кошельком. Сегодня это едва ли не единственная в стране свободная социология, которую нельзя подправить: она проводится ежедневно на кассе и публикуется в статистике розничного товарооборота.

Совместить два свода правил, рыночные и нерыночные, в одной экономике затруднительно. Либо цена и прибыль определяют, что производить, либо это определяет разнарядка. Советская модель была внутренне непротиворечива: она исключала прибыль как критерий, поэтому плановая убыточность была нормальным состоянием, а не диагнозом.

Наглядный пример попыток такого совмещения — Белкоопсоюз, самый администрируемый игрок сельской торговли, тот, кому поручено быть в ней законодателем мод. Чистый убыток розницы за полугодие — 16,4 млн рублей, рост в 11 раз (даже Лукашенко назвал это «жутью»). Минус 314 магазинов на селе за год. Максимум управления, минимум результата. Однако претензии чиновников адресованы «Евроторгу» и маркетплейсам, рентабельность которых называют возмутительно высокой.

Впрочем, даже такая конструкция способна существовать долго, но только при одном условии: пока есть рента, которой закрывается разница между планом и арифметикой.

Российская поддержка, транзитные потоки, доступ к дешевому сырью — все это годами оплачивало сосуществование несовместимого. Рента эта, однако, не бесконечна, не безусловна и дорожает: платят сегодня за нее все больше политическими уступками, и счет со временем выставляется в валюте суверенитета.

Алесь Гудия, «Позiрк»

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу [email protected]