Кого винят в своих тяготах жители Туапсе?
9- Александр Роднянский
- 28.04.2026, 16:38
- 5,490
Вывод же очевиден.
Украинские беспилотники снова поразили нефтеперерабатывающий завод в Туапсе.
Началась эвакуация жителей домов, расположенных рядом с НПЗ.
До этого завод в Туапсе уже попадал под удар беспилотников ВСУ дважды – 16 и 20 апреля.
По свидетельству z-блогеров, в результате этих ударов в городе началась настоящая экологическая катастрофа. В море оказались тонны нефти, столбы дыма от пораженных резервуаров видны за сотни километров, а на головы жителей льются «нефтяные дожди»…
В соцсетях пишут, что масштабы этой катастрофы похожи на мини-Чернобыль. Возможно, эти слова – преувеличение. Но не очень далекое от реальности.
Логика украинских ударов по Туапсе понятна:
Россия использует доходы от торговли нефтью для финансирования кровавой войны в Украине. Как следствие – объекты нефтяной инфраструктуры становятся законными целями для атак ВСУ.
Сразу скажу, мне не нравится, когда от войны страдает природа и погибают животные. И мне больно, когда я слышу новости о гибели мирных людей.
Вне зависимости от того, по какую сторону фронта оказались их дома.
Но я хочу сказать о другом. О катастрофе в Туапсе не говорят федеральные телеканалы. О ней молчит и Владимир Путин, несущий прямую личную ответственность и за эту катастрофу.
Его валдайскую резиденцию, кстати, защищают 27 установок ПВО в то самое время, когда в Туапсе, как пишут z-авторы, закончились ракеты для систем «Панцирь».
Не могу удержаться от вопроса.
Кого винят в своих тяготах жители Туапсе?
В 2022 году они как-то иначе представляли себе ход «специальной военной операции»?
А жители Екатеринбурга, по которому во время Второй мировой не было нанесено ни одного немецкого удара, не ждали украинские дроны?
Жители Санкт-Петербурга, Сызрани, Саратова, Усть-Луги тоже ожидали, что все пойдет иначе?
Вывод же очевиден.
В их страданиях, как и в разрушении украинских городов, убийствах мирных людей и тяготах жизни в условиях войны миллионов украинцев, повинен только российский режим.
Больше никто.
Александр Роднянский, Telegram