Горе-рыбовод Лукашенко

Зачем Беларуси еще 10 рыбхозов, если старые тонут в долгах.

Похоже, Лукашенко решил добавить к бесчисленному количеству своих умений – от историка, хоккеиста, экономиста и профессионального охотника, если кто не знал, – ещё и звание профессионального рыбовода. Новый замысел звучит красиво: построить в Беларуси 10 современных рыбхозов и завалить страну форелью, пишет сайт «Белорусы и рынок».

Но если внимательно посмотреть на цифры Белстата и отчёты действующих рыбхозов, возникает неприятный вопрос: может, сначала стоит научиться нормально выращивать и продавать карпа с карасём, а уже потом строить форелевую империю? Некоторые из долгов не выберутся даже через 10 лет с таким рыбоводством, как сейчас.

Как Лукашенко придумал новый мегапроект

Но на публику ж надо что-то показывать тем, кто смотрит телевизор. И вот Лукашенко, посетив рыбхоз «Палуж» в Могилёвской области, обрадовался проекту современного форельного производства. По подобию Остапа Бендера и его проекта Нью-Васюки, у Александра Григорьевича попёрла мысль, что надо тиражировать комплексы по выращиванию форели...

Масштаб сразу грандиозный! Не один, чтобы протестировать, не два – довести до прибыли, а сразу 10 рыбхозов! Потому что в белорусской управленческой традиции, если начальнику понравилась игрушка, её надо немедленно размножить за бюджетные деньги.

Чудеса статистики и куда исчезла рыба?

Аргумент власти понятен: мол, белорусы едят мало рыбы – ежегодное потребление рыбы в Беларуси составляет около 7–8 кг на человека, а белорусской рыбы в этом объёме – примерно 1,2 кг. Это так статистика нам рассказывает. Но доверять ли ей – это большой вопрос. Давайте на примере и внимательно «следите за руками»!

По данным Белстата в 2025 году в водоёмах Беларуси выловили 15,4 тыс. тонн рыбы. Из них 9,5 тыс. тонн пришлось на промысловый улов. Почти весь промысловый улов дали искусственные водоёмы, то есть пруды, – 9 тыс. тонн. На естественные водоёмы пришлось только 0,5 тыс. тонн.

И сразу вопрос: если всего выловили 15,4 тыс. тонн, а промысловый улов – 9,5 тыс. тонн, то где остальные 5,9 тыс. тонн? Кто их выловил? Может, это любительская ловля?

Если да, то получается, что обычные рыбаки с удочками обеспечили почти треть общего улова страны. Это примерно как считать просо в амбарах по рассказам соседей: вроде урожай есть, но кто взвешивал – неизвестно.

Но это ещё не всё! Следите, как ещё 1,8 тысячи тонн рыбы растворились в отчёте. В отчёте Белстат далее пишет, что из 9,5 тыс. тонн промыслового улова рыбохозяйственные организации реализовали 9,1 тыс. тонн рыбы.

Считаем без калькулятора: 9,5 – 9,1 = 0,4 тыс. тонн. То есть 400 тонн рыбы куда-то делись между выловом и реализацией. И вот тут подробности! Белстат сообщает, что из 9,1 тыс. тонн реализованной рыбы:

– 3,5 тыс. тонн продали работникам и населению;

– 2,1 тыс. тонн ушло торговым организациям;

– 2,1 тыс. тонн направили на переработку.

Складываем: 3,5 + 2,1 + 2,1 = 7,7 тыс. тонн. А реализовано было 9,1 тыс. тонн. Алё! А где ещё 1,4 тыс. тонны рыбы?

Итого у нас получается: 400 тонн, которые исчезли между промысловым уловом и реализацией, ещё 1,4 тыс. тонн не объяснены внутри структуры реализации. Всего – 1,8 тыс. тонн рыбы куда-то уплыло...

Форель – как новая «золотая рыбка»

Но вернёмся к идее 10 новых рыбхозов по выращиванию форели. Сейчас её потребление в Беларуси оценивается примерно в 5 тыс. тонн в год, а собственное производство – около 600 тонн.

Новый рыбхоз должен дать ещё значительный объём: сначала примерно столько же, а при выходе на полную мощность – до 2–3 тыс. тонн.

Один такой проект действительно может частично закрыть внутреннюю потребность. Но если построить 10 подобных рыбхозов, объём производства форели может вырасти до 20–25 тыс. тонн. И вот здесь арифметика начинает портить праздник.

Если внутренний рынок потребляет около 5 тыс. тонн, то после запуска десяти комплексов страна может получить в несколько раз больше форели, чем способна съесть. Полностью закрыли импорт – прекрасно. А дальше куда? Солить? Замораживать? Раздавать вместе с идеологическими газетами?

Официальная надежда, конечно, будет на экспорт. В основном – на Россию. Но Россия сама активно развивает производство, а её рынок уже не выглядит пустой витриной, куда Беларусь просто занесёт форель и все расплачутся от счастья.

Белорусские автобусы, холодильники, телевизоры, цемент и аминокислоты тоже когда-то должны были уверенно вытеснять конкурентов. На практике конкуренты почему-то не испугались.

Цена идеи-фикс Лукашенко – 1,5 млрд рублей

Инвестиции в хозяйство «Палуж» оцениваются примерно в 150 млн рублей. Это не деньги из волшебного пруда. Это бюджетные субсидии и кредит Банка развития, причём часть кредита также должна погашаться за счёт бюджета.

Если таких комплексов будет 10, получаем около 1,5 млрд рублей, или более 500 млн долларов! И всё это до того, как проект полностью доказал коммерческую эффективность.

Пока даже окончательно неизвестно, какой будет себестоимость товарной рыбы, каков процент потерь, какова реальная цена белорусской форели и сможет ли она конкурировать не в репортаже госТВ, а на рынке.

Особенно прекрасно звучит логика «наша форель наверняка будет дешевле норвежской». «Наверняка» – великая экономическая категория. На ней можно построить бизнес-план, бюджет, мегапроект и потом очередную комиссию по выяснению, почему деньги ушли, а прибыль не пришла.

Великий экономист, он же хоккеист и, давайте уже запишем, его в профессиональные рыбоводы, забыл, что бизнес начинается не с фразы «давайте построим». Начинается – с вопросов: кто купит эту рыбу, по какой цене, какая будет себестоимость, какой рынок сбыта и что будет, если экспорт не сработает?

Старые рыбхозы в убытках

Если рыбоводство так перспективно, интересно же вам узнать, как живут действующие рыбхозы? Основу белорусского рыбоводства по-прежнему составляет прудовая рыба. Карп, карась, толстолобик, амур – это то, что хозяйства должны были бы уметь выращивать давно и стабильно. Это не космическая программа и не производство микрочипов.

Чтобы окончательно понять, как «зарабатывают» белорусские рыбхозы, достаточно открыть любой отчёт. Из отчётности рандомно взяли два: в Брестской области крупный рыбхоз ОАО «Рыбхоз „Локтыши“» в Ганцевичском районе и ОАО «Рыбхоз „Тремля“» (Гомельская область, Петриковский район).

В 2025 году рыбхоз «Локтыши» реализовал 420,8 тонн товарной рыбы. Выручка от реализации составила 2857 тыс. рублей. Себестоимость реализованной продукции – 2805 тыс. рублей, а в итоге убыток от реализации за 2025 год составил –255 тыс. рублей.

Дебиторская задолженность на начало 2025 года составила 194 тыс. рублей, а кредиторская, барабанная дробь… – 1465 тыс. рублей. То есть предприятию должны сравнительно немного, а само предприятие должно в 7,5 раз больше.

Поставщикам и подрядчикам долг – 415 тыс. рублей, по налогам и сборам – 99 тыс. рублей, по долгосрочным кредитам – 128 тыс. рублей.

Самая неприятная цифра в отчёте «Локтышей» – даже не убыток, а износ основных средств 71,2%. Стоимость основных фондов на 31 декабря 2025 года составила 62 124 тыс. рублей – износ основных средств – 44 256 тыс. рублей.

Это уже не просто «требуется модернизация». Это означает, что хозяйство работает на сильно изношенной базе. Оборудование, сооружения, техника, инфраструктура – всё это требует обновления.

Обновление требует денег, а деньги в таких системах обычно приходят не из прибыли, а через кредиты, господдержку. Может, на базе рыбхоза «Локтыши», а там огромные территории прудов, и запустить выращивание форели? Или разворуют?

Второй попавшийся на глаза – ОАО «Рыбхоз „Тремля“». Отчёт тоже интересный... По итогам 2025 года – прибыль рыбхоза 82 тыс. рублей. А убыток 54 тыс. рублей. Как так, не может быть и прибыль, и убыток в одном флаконе, скажете вы.

Может. И объясняется это просто: реально «Тремля» сработал в убыток, но 136 тыс. рублей составила государственная поддержка. Вот на бумаге и получилась «прибыль». Без бюджета – минус. С бюджетом – «успех».

Главная опасность – не в форели, а в системе

И вот тут вопрос становится совсем острым: если действующие рыбхозы с карпом и другой традиционной рыбой не могут уверенно зарабатывать, почему государство уверено, что дорогие форелевые комплексы автоматически станут успешными?

Потому что форель умнее карпа? Потому что вода в новом проекте идеологически правильная? Если белорусская форель будет дороже конкурентов, её не купят из уважения к белорусской вертикали.

Само по себе развитие рыбоводства Беларуси нужно. В стране действительно есть потенциал. Можно выращивать больше рыбы, модернизировать пруды, развивать переработку, улучшать логистику, работать с торговыми сетями, снижать импортозависимость.

Карп хотя бы привычно тонет в отчётах и куда-то уплывает. Форель будет тонуть и тянуть ещё дороже. Уж лучше продавать «белоруссские креветки», «белорусских кальмаров и осьминогов».

Но всё это требует нормального управления. Проблема в том, что экономика никогда не будет работать по хотелкам какого-то Лукашенко или Конюшенко. Рыба не становится прибыльной от того, что её показали главному «специалисту» по всем вопросам в стране.

В такой системе даже хорошая идея становится опасной. Потому что её начинают реализовывать не как бизнес, а как приказ.

Если белорусские рыбхозы уже сегодня не могут уверенно зарабатывать на привычной рыбе, почему мы должны верить, что десять новых форелевых комплексов внезапно станут экономическим чудом? Потому что Лукашенко посмотрел и сказал «надо»?

Форель, конечно, рыба благородная. Но в белорусской модели она рискует стать не продуктом для покупателей, а очередной золотой рыбкой для бюджета.

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу [email protected]