Политолог: Режим в Иране — на последнем издыхании
2- 4.03.2026, 16:28
- 4,200
Ось зла теряет важного союзника.
США и Израиль ликвидировали Али Хаменеи и нанесли удары по ключевым объектам иранского режима. Чего уже удалось добиться и каковы конечные цели этой операции?
Об этом сайт Charter97.org поговорил со словацким политологом и президентом Института общественных проблем (IVO, Братислава) Григорием Месежниковым:
— Мне представляется, что у этой операции несколько конечных целей. Некоторые из них прямо обозначены, некоторые, мне кажется, остаются скрытыми, но они на самом деле существуют. Как минимум можно говорить о двух стратегических задачах.
Во-первых, полностью уничтожить потенциал, который позволил бы Ирану угрожать ядерным оружием с использованием баллистических ракет. Я думаю, что это может быть даже главная цель. А вторая цель, хотя ее официально и не озвучили, — это изменение режима. Понятно, что изменение режима — сложная вещь. Сам Израиль вряд ли способен этого добиться. У США, я думаю, потенциал такой есть, но для этого необходима политическая воля.
Риторика даже самого Трампа говорит о том, что это не просто ликвидация первой угрозы со стороны Ирана. Я думаю, что есть понимание того, что с этим режимом вряд ли удастся договориться, и поэтому, если он не изменится, он будет представлять постоянную угрозу. Израиль это, конечно, абсолютно хорошо понимает. Но для Израиля добиться смены режима в стране с 90-миллионным населением, я думаю, просто невозможно. При этом уже сейчас можно говорить о результатах: в любом случае то, чего удалось добиться, — это, конечно же, ослабление этого режима. Я думаю, что потенциал, который у них остался, начал постепенно исчерпываться в результате атак и бомбардировок.
— Как эта операция может повлиять на мировую политику и экономику? Какими могут быть ее последствия?
—Думаю, что в стратегической перспективе, в долговременном горизонте, если режим в Иране перестанет существовать, если он перестанет поддерживать сеть терроризма, которую сам создал, если он не будет делать то, что делал до настоящего времени, — это изменит ситуацию в положительном направлении.
Он не только угрожал Израилю — понятно, что он угрожал и Западу. Он был частью коалиции зла вместе с Россией, Венесуэлой и Северной Кореей. За ними, как говорится, и Китай тоже маячил. Китай, по сути дела, поддерживает эту систему, хотя, может быть, сам прямо не входит в эту ось зла. Есть специалисты и эксперты, которые считают, что в принципе они уже стали ее частью, но я бы здесь был более осторожным.
Поэтому в долговременной перспективе, умаю, что ситуация улучшится, а Ближний Восток станет менее напряженным и более стабильным регионом. У Ирана будет возможность подключиться к интеграционным процессам во всем мире. Понятно, что сейчас происходят серьезные геополитические изменения, но тем не менее Иран — государство с хорошим потенциалом. Если международная экономическая блокада Ирана прекратится ,думаю, что Иран сможет встроиться в мировую экономику.
Что касается краткосрочной перспективы, то сейчас видно, что Иран пытается втянуть в эту войну арабские страны. Он, конечно, совершает чудовищную ошибку, но этого можно было ожидать, потому что этот режим, думаю, уже находится, как говорится, на последнем издыхании.
То есть даже если формально этот режим сохранится, даже если формально останется название «Исламская республика», хотя мне трудно это представить, но допустим, что будет какой-то переходный период, — это уже не будет тот режим, который позволял себе убивать десятки тысяч людей на улицах в течение нескольких дней и финансировать по сути дела весь ближневосточный терроризм.
Наверное, сейчас будет сохраняться неопределенность относительно исхода этой войны и того, кто к ней может подключиться.
Честно говоря, я сам думал, что ничего такого не произойдет, что у этого режима есть хотя бы какие-то механизмы самосохранения. Но если сейчас к Америке и Израилю фактически подключится арабская суннитская коалиция, а также Европа — Германия и Франция — в принципе могут это поддержать каким-то образом, может быть, не отправят войска напрямую, но предпримут определенные шаги, — то можно ожидать определенной напряженности, пока эта война не закончится. Но Иран из этой войны, абсолютно точно, выйдет с поражением.
— Как операция США и Израиля может повлиять на помощь Украине? Ослабит ли новый конфликт поддержку Киева или, наоборот, усилит давление на союзников России?
— Смотрите, здесь дело в том, что в американской администрации расстановка сил в отношении Израиля и Украины все-таки отличается. Но объективно то, что ось зла сейчас ослабнет, я думаю, конечно, будет в пользу Украины, без всякого сомнения.
Иран выпадет из этой цепи диктаторских режимов и из цепи поддержки России. Речь идет не только о дронах «Шахед», но и о других формах поддержки со стороны Ирана. То есть это, конечно, помогало России. Поэтому с этой точки зрения это, безусловно, будет в пользу Украины.
Вообще на руках этого режима аятолл — кровь украинских граждан. Сотни, может быть, тысячи людей погибли на начальном этапе войны от иранских дронов. Даже то, что сейчас «Шахеды» производятся в России по иранской лицензии, — это тоже, по сути, поддержка Ирана. Кроме того, Россия и Иран сотрудничали при обходе санкций: взаимная политическая и дипломатическая поддержка и многое другое. Так что для Украины это, конечно, будет важно.
Но нужно понимать, что определенные ресурсы, которые могли бы быть задействованы в Украине, возможно, временно — я надеюсь, что именно временно — будут использоваться в этой войне на Ближнем Востоке. Мне трудно это оценить, но уже высказываются мнения о том, что чем быстрее эта война закончится и чем более разгромным будет результат для Ирана, тем больше положительный эффект это будет иметь для Украины.
Европа, я думаю, будет поддерживать Украину так же, как и раньше. Мне кажется, что там никаких изменений произойти не должно.Что касается США — посмотрим. США в любом случае пока, пусть и не бесплатно, но все-таки поставляют Украине за европейские деньги военное оборудование, вооружение и так далее. Если это сохранится, я думаю, что Украина даже в краткосрочной перспективе не должна ничего потерять из-за этой войны.