У Путина нашли долю в VK и госмессенджере Мах
4- 18.02.2026, 16:01
- 2,006
Через двоюродного племянника главы Кремля Михаила Шеломова.
Президент РФ Владимир Путин может владеть долей в национальном мессенджере Мах через своего двоюродного племянника Михаила Шеломова.
На это обратил внимание журналист-расследователь Андрей Захаров, изучив отчетность холдинга VK, которому принадлежит госмессенджер.
У VK сложная структура собственности, но в последнем отчете говорится, что среди акционеров есть страховая компания «Согаз». До войны в Украине Шеломову принадлежали 12,47% этой компании. Они были записаны на его петербургскую фирму «Акцепт». После начала полномасштабных боевых действий список акционеров «Согаза» был скрыт, но в бухгалтерском балансе «Акцепта» акции компании продолжают отражаться. Таким образом, Шеломов опосредованно владеет долей в VK и Мах.
Михаил Шеломов — сын двоюродной сестры Путина по линии матери. В начале 2000-х он работал фотографом, но после прихода Путина к власти на него начали записывать многомиллиардные активы, включая пакеты акций банка «Россия» и «Согаза». Как утверждает Захаров, Шеломов ведет скромный образ жизни: сам чинит забор на даче и работает на рядовой должности в дочерней структуре банка «Россия» с зарплатой около 300 тыс. руб. в месяц. В телефонном разговоре с Захаровым Шеломов заявил, что не имеет «никакого отношения» к мессенджеру Мах и бросил трубку.
В июне 2025 года Путин подписал закон о создании национального мессенджера. После этого российские власти стали использовать административный ресурс для продвижения Мах: в него переводят школьные и домовые чаты, переписку чиновников и сотрудников госкомпаний, а также интегрируют его с сервисом «Госуслуги». Параллельно Роскомнадзор заблокировал WhatsApp и стал ограничивать работу Telegram.
Сам Путин называл появление Мах достижением «полного цифрового суверенитета». При этом, как замечает Захаров, президент лично будет получать дивиденды от госмессенджера через своего «номинала». Кроме того, на нем будут зарабатывать структуры его друзей, в том числе Юрия Ковальчука. В результате заявленный суверенитет оказывается инструментом обогащения и контроля, превращающим пользователей в «цифровых крепостных», заключил журналист-расследователь.