В России назревает венесуэльский сценарий

Прилетят ли за Путиным на вертолете?

Когда-то была такая реклама банковских карт: девушка в очень открытом бикини подходит к пляжному бару, и бармен говорит: «Вот думаю, откуда ты будешь деньги доставать». Примерно тот же вопрос сейчас хочется задать Минфину России.

В июле я уже писала, что у Минфина проблема с размещением госдолга: спрос на него был настолько низким, что министерство объявило полугодовой мораторий на аукционы. Тогда знакомые экономисты предполагали, что Минфин поиграет с банками (которые являются основными покупателями ОФЗ) в «гляделки» примерно месяц, после чего банки «сморгнут». Мораторий продержался недолго: уже 2 сентября Минфин разместил на рынке флоатеры (облигации с купоном, который индексируется на размер официальной инфляции) — и вполне успешно: было продано бумаг на 1 трлн рублей при спросе на 1,42 трлн. Но флоатеры министерство не очень любит: ставка увеличивается на размер инфляции, долг растет. Поэтому уже через неделю состоялся аукцион обычных ОФЗ, с фиксированным доходом. Разница оказалась впечатляющей: спрос составил всего 164,5 млрд рублей, разместить удалось и вовсе только на 86,7 млрд рублей. Но процесс вроде бы пошел и можно было вздохнуть с облегчением: банки все же «сморгнули». Еще через неделю ведомство разместило обычных ОФЗ на 116,7 млрд рублей.

Однако банки за уступку взяли дорого: на первом аукционе с ОФЗ с фиксированным купоном разметили по 15,45% годовых за пятилетние бумаги и по 15,97% за тридцатилетние. На следующем пришлось предлагать инвесторам 16,3%. На аукционе 23 сентября — уже 16,86%. А 30 сентября аукцион был признан не состоявшимся — как написал Минфин, «в связи с отсутствием заявок по приемлемым уровням цен». На рынке в этот момент госдолг торговался под 17% — и это для бумаг с погашением через три с половиной года.

Неуемный аппетит

Конечно, во многом инвесторов напугали планы Минфина занять дополнительные 2,45 трлн рублей в четвертом квартале, хотя из-за большого числа праздников на это время выпадает всего 11 аукционных дней. Но опасения инвесторов растут давно: за третий квартал ведомство смогло занять на рынке лишь менее половины от этой суммы, а на следующий год в плане занять еще примерно 7,72 трлн рублей, против ранее предусмотренных около 5,39 трлн рублей. Когда какого-то товара на рынке становится больше (к ценным бумагам это тоже относится), его цена падает — если, конечно, в перспективе не ожидается повышение ценности этого товара. Ценность ОФЗ могли бы повысить снижение ключевой ставки ЦБ, но на последнем заседании ставка осталась прежней, и даже это было компромиссом со стороны регулятора: инфляция вновь начала расти.

Минфину деваться некуда: дефицит на текущий год уже увеличен едва ли не вдвое: с 3,8 трлн до 7,34 трлн, дефицит на 2027 год ожидается на уровне 5,44 трлн рублей и нет никаких сомнений, что и его придется увеличивать как бы не вдвое. И нынешний дефицит, и запланированный — исторические рекорды.

Откуда такая дыра, тоже давно понятно: власти, а конкретнее Путин, действуют по старому бандитскому принципу: если «коммерс» сумел достать требуемую сумму, значит, сможет достать и больше, надо давить дальше. Судя по последнему выступлению Путина на Валдайском форуме (Валдай у него переехал из Сочи в Подмосковье), заканчивать войну он не собирается, наоборот — готов усиливать удары по гражданским целям в Украине и даже грозит европейским странам. А значит, денег на ракеты, дроны и живую силу понадобится больше. Возможно — намного больше запланированного, такая корректировка бюджетных расходов в сторону увеличения в течение года — вещь уже привычная.

А денег взять особо неоткуда.

У Минфина всего три источника для увеличения доходов бюджета: налоги (и квазиналоги вроде утильсбора), девальвация национальной валюты, займы. Налоги в прошлом году повышали — убили половину «белого» малого бизнеса, все равно не хватило. В этом году, едва прошли выборы, пошли новые идеи по наполнению бюджета — но они дадут не так уж много: например, повышение НДФЛ по вкладам — до 1,1 трлн рублей, и это самый крупный «приварок». А Минфину надо где-то отыскать лишних 5,5 трлн как минимум, а как максимум — под 10 трлн рублей.

Девальвация уже прошла, но совершенно недостаточная, к тому же она труднее регулируется, не очень нравится ЦБ из-за того, что разгоняется инфляция, и обладает разовым эффектом: сегодня ты можешь расплатиться с получателями бюджетных средств подешевевшими рублями, а завтра они потребуют уже больше, в соответствии с новыми ценами.

Взять в долг — самый простой, надежный и беспроблемный способ. Но, как видим, с ним уже серьезные проблемы.

Завтра, но по пять

Путин и министр его финансов Антон Силуанов любят повторять, что российский долг очень невелик: всего-то 17% от ВВП. Даже если Минфин будет занимать планируемыми темпами, в ближайшие годы госдолг вряд ли перевалит за 20%.

Все меняется, если считать госдолг относительно доходов и расходов бюджета. Уже в этом году внутренний долг (внешний долг России незначителен) составит 91,3% от запланированных годовых доходов и 77,4% от годовых расходов бюджета. А в 2027 году — 110,9% от доходов и 98,5% от расходов бюджета, и это если нынешние планы по доходам и расходам будут выполнены.

Еще важнее то, что расплачиваться по долгам дорого — Минфин недаром жадничает на аукционах. Уже в этом году на обслуживание долга (только выплаты по купонам, без тела долга при погашении) уйдет 9,5% доходов — это будет 8% всех расходов. В следующем — уже 10,6% от доходов и 9,4% от расходов. И это с учетом того, что пока в платежах Минфина значительную долю составляют выплаты по купонам старых выпусков ОФЗ, размещенных по гораздо более низким процентам, чем в сентябре. Чем дольше будет держаться высокая ключевая ставка, чем больше Минфину нужно будет брать взаймы — тем быстрее будут расти расходы на обслуживание. И даже если война прекратится, ставка ЦБ упадет, а в бюджет хлынут деньги, стоимость обслуживания уже набранных долгов еще будет продолжать расти в абсолютном выражении за счет погашения старых дешевых займов и увеличения доли нынешних дорогих.

Это уже беспокоит экспертов. «Боюсь, что развилки всего две: резкая девальвация рубля по турецкому сценарию — или беспощадный секвестр», — говорит один из знакомых экономистов. Другой осторожнее: «Тенденция неприятная, но пока дефицит бюджета не выходит за 3% ВВП, ничего страшного». Однако оба соглашаются: риски фискального доминирования, когда денежно-кредитная политика ЦБ переходит от реакции на макроэкономические показатели к исполнению хотелок правительства, растут.

Куда ни кинь — всюду клин

На ЦБ идет сильное давление, я писала об этом не раз. Как и о том, что председательница ЦБ Эльвира Набиуллина до сих пор этому давлению сопротивляется — хотя уже и начинает сдавать. Однако если у Минфина начнутся проблемы с увеличением госдолга, никакое заступничество Путина (в котором уверен рынок) не поможет — ставку придется снижать вопреки любым показателям инфляции.

Чем это грозит? Самое очевидное — разгоном инфляции и девальвацией рубля. Войти в инфляционную спираль в нынешних условиях российской экономике будет легче легкого. Менее очевидное, но не менее серьезное последствие — разбалансировка финансовой системы. С учетом любви к хитростям в статистике, не исключена ситуация, когда инфляцию Росстат будет искусственно занижать — тут не обязательно врать, достаточно опять изменить методику. Искажение макроэкономических сигналов — прямой путь к тому, что случилось с экономикой СССР в последние годы его существования.

Нет смысла надеяться, что экономический рост ускорится. Первоначально действительно может случиться некоторое оживление. Но мы же понимаем, что все дополнительные деньги бюджета будут пущены на войну? Что гражданский сектор как обирали, так и будут обирать, и даже с удвоенной силой? Что потребительская активность, в условиях разрыва между официальной и реальной инфляцией вовсе не расцветет? Так что, даже в случае снижения ставки может случиться, разве что, отскок дохлой кошки, как говорят биржевики. А дальше — привет, стагфляция, как и предсказывали.

Но и вариант с жестким секвестром, в условиях растущих аппетитов войны, не слишком сладок. Стремительное падение доходов населения, в первую очередь бюджетополучателей, рост безработицы, конечно, могут помочь набрать по контракту обнищавших и отчаявшихся людей. Но дальше-то — тупик. И все равно — рост цен, девальвация: приходим к тому же результату.

А главное, пока не исчезнет главный дестабилизирующий фактор — война, — проблемы будут только усугубляться. Через несколько лет можно будет говорить уже не о турецком сценарии, а о венесуэльском. Жаль, никто за Путиным на вертолете не прилетит.

Татьяна Рыбакова, The Moscow Times

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу [email protected]