Симптом
9- Леонид Гозман, «Новая газета Европа»
- 13.04.2024, 20:56
- 10,600
![Симптом](https://i.c97.org/ai/591391/aux-head-1713030811-20240411_orsk_360.png)
Государства в России нет.
Затопило Орск, Оренбург тонет. Почему, спрашивают, Путин не приехал? Почему государство не помогает, а отделывается совершенно издевательскими подачками. А почему, спрошу в ответ, он должен приезжать, почему государство должно помогать? Что, собственно, такого случилось?
Первый раз что ли? Только что был «Крокус», а за пару месяцев до того люди оставались на морозе без тепла. И длинный-длинный список других катастроф, сопровождающих нынешнее царствование.
![](https://i.c97.org/ai/591391/aux-1713030827-b05f2baa7223457d982c72fb7ca1b8e0.jpeg)
Про «почему не приехал» — так он никуда не ездит. Держит руку на пульсе дистантно. И не удивляйтесь, всегда так было. Кто-нибудь помнит его возле взорванного (кем, кстати, взорванного?) дома на Гурьянова? А потом ни в Беслан не приезжал, ни к «Норд-Осту». И приезд в «Крокус» был, по словам Пескова нецелесообразен, а если вы не видите слез на лице президента, то это не значит, что он не переживает, — очень переживает. Это тоже Песков сказал — нет оснований сомневаться. А тут и не убили никого, просто город затопило.
Владимир Владимирович, по-видимому, не понимает, что публичное выражение солидарности с пострадавшими — это часть его должностных обязанностей.
Что даже если он действительно сопереживает убитым, затопленным, мерзнущим, но не выражает этого, то есть не появляется на месте трагедии, то читается это однозначно: наплевать ему на людей.
Но куда более интересен вопрос о том, почему не помогают, — не только Орску, но вообще никому? А вот в этом проявляются сущностные особенности нашего государства. Дело в том, что людям в Орске, как и пострадавшим в других катастрофах, нечем платить за помощь государства, нечего предложить в обмен. Они нищие, а у нищих слуг нет.
![](https://i.c97.org/ai/591391/aux-1713030827-f10d5493c787418f9521c97a021e82b9.jpeg)
Они не избиратели, потому что в стране нет выборов. А значит, они не могут использовать свой голос для давления на чиновников — угрожать, что на следующих выборах, если не будет помощи, проголосуют против этого конкретного чиновника или его партии. Партий, кстати, тоже давно нет.
У них нет медийных ресурсов, чтобы повлиять на репутацию тех, кто оставляет их в беде. Оппозиционные СМИ закрыты, а официальные пишут о том, о чем велено. Да и нет там никакой репутации, и не имеет она значения.
Они даже не налогоплательщики. То есть налоги-то они платят и не маленькие, но благополучие государства, его возможность вести войну, как и благополучие руководителей региона, от их налогов не зависит. Они для государства не источник богатства, как должно было бы быть, но обуза, объект благотворительности — кормить их надо, пенсии выплачивать, школы с поликлиниками содержать. Если они все куда-то денутся вместе со своими налогами, государству станет только легче.
Единственное, пожалуй, что государству от них надо, — это чтобы они размножались. Но между зачатием и наступлением призывного возраста проходит довольно много времени.
Инвестировать сегодняшнюю помощь в столь отдаленные цели властям кажется излишним. Материнский капитал есть — и будет с них!
Это государство поставлено с ног на голову. Благополучие и карьера любого чиновника, «избранного» или назначенного, зависит не от условного «низа» — граждан, населения, избирателей — а от тех, кто сверху. Сохранение губернатором Оренбургской области Денисом Паслером своего поста зависит не от людей, якобы его избравших, не от того, как они оценивают его поведение в чрезвычайной ситуации, а от назначившего его президента. Поэтому людям можно хамить («убрали телефоны!»), а президента надо радовать правильными докладами. Депутаты — и Государственной думы, и областных собраний, — тоже зависят не от крестиков в бюллетенях, а от воли начальства. Если бы не это, то имя депутата Госдумы от Оренбурга уже знала бы вся страна — он бы там дневал и ночевал, лично развозил бы помощь, спасал котов и вывозил людей. Но он, наверное, чем-то более важным занят.
Людям трудно принять тот факт, что на самом деле государства — структуры, хоть в какой-то степени подотчетной им и отвечающей за их благополучие и безопасность, — у нас нет. Что никто в многочисленных красивых залах и кабинетах не озабочен тем, как живут люди. Что надеяться не на кого! Нашим согражданам, как и всем людям на Земле, нужно государство — не зря же его придумали; но в России его нет, есть только державный звон и военные авантюры.
Катастрофы в Оренбургской области для государства просто не существует. Да, благостный вид погруженных под воду улиц (одно слово — Венеция!) по телевизору демонстрируют, но о самых страшных вещах — о затопленных скотомогильниках и кладбищах, об угрозе эпидемий, — тишина! Путин сказал, что надо бороться с паводком — сюжет на десять секунд. Следующий сюжет — облет территории с иконой! А вы говорите: «Ничего не делается»!
![](https://i.c97.org/ai/591391/aux-1713030827-53189ef4253a41478da41eebc5cbb793.jpeg)
Единственные трагедии, на которые государство всё же обращает внимание, — теракты. Но, думаю, не потому, что погибают люди, а потому, что теракт — пощечина и органам безопасности и вышедшему из них, но недалеко ушедшему президенту. И если не они его устроили, то они чувствуют себя униженными.
Государство органически не способно почувствовать свою ответственность хоть за что-нибудь. В «Крокусе» виновна лишь эта горстка жалких людей, которых, видимо, и назначат главными, — ни оскандалившаяся в очередной раз ФСБ, ни сэкономившие, по-видимому, на противопожарной безопасности владельцы «Крокуса» не упоминаются.
А про дамбу в Орске губернатор Паслер и вовсе сказал, что строил ее его предшественник. Значит, все вопросы к нему? Предшественник, может, и взял не по чину, от того она и рухнула, но строило-то дамбу, а значит, и отвечает за всё, в том числе и за компенсацию людям потерянных домов, государство — то самое, которое представляет сейчас губернатор Паслер. Вне зависимости от того, ворует лично он или нет. Но он, похоже, тоже считает, что никакого государства на самом деле нет. Так, одна болтовня.
![](https://i.c97.org/ai/591391/aux-1713030827-3a9979ac6e9e47e08163332266f920cd.jpeg)
Государству, то есть тому, что у нас так называется, настолько неинтересны люди, что оно не делает даже того, что умеет. А умеет оно подавлять. Здесь это как раз нужно — надо защитить дома от мародеров, то есть подавлять их банды. Но многочисленные гвардейцы охраняют губернатора и его людей от возмущенных граждан, а люди тем временем не могут эвакуироваться, так как понимают, что их имущество будет разграблено. А им опять скажут, что они сами виноваты.
Государства нет, но есть группа людей, осуществляющих власть. Однако их интересы бесконечно далеки от проблем подавляющего большинства населения страны. Власти встают с колен, бомбят Харьков, борются с ЛГБТ. И следующую катастрофу они проигнорируют так же, как сегодня не видят того, что происходит в Оренбургской области.
Единственное, что меня удивляет в связи с нынешними наводнениями, так это то, что люди продолжают ждать от властей неравнодушия.
Леонид Гозман, «Новая газета Европа»