6 ноября 2024, среда, 20:29
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Ничто не длится вечно

2
Ничто не длится вечно

Как пережить тиранию.

Два года назад я защитил магистерскую диссертацию в Шанинке, посвященную пыткам в тиранических режимах, поэтому подробно ознакомился с теориями тирании. 

Тирания — это тип диктатуры, при котором правитель злоупотребляет властью и действует исключительно в своих интересах. Настоящее правило игры тут одно: «Государство — это я», и тиран должен постоянно это правило подтверждать. Все остальное — от судов до выборов — это фасад.

Тиран постоянно показывает элитам, «кто тут главный». Разумеется, он не управляет всеми процессами в стране — это невозможно; но постоянно устанавливает свою власть в разных сферах, нарушая все правила игры, останавливая действия любого института и представителя элит. Это «священное право на властное действие» поддерживается с помощью противоречивых, неадекватных законов, переписывания конституции и прямого насилия — например, убийства мятежника Пригожина.  

Для тиранических правлений насилие и пытки являются нормальной практикой. И Россия, к сожалению, не исключение. Самым ярким примером публичных пыток последних месяцев стали пытки подозреваемых в теракте в «Крокус Сити Холле». Здесь демонстративность дошла до того, что силовики с гордостью выкладывают видеозаписи пыток в открытый доступ. Очевидно, жертвы тюремного насилия часто страдают от посттравматического расстройства. Но существует и такое понятие, как травма свидетеля, когда симптомы ПТСР появляются у людей, которые только наблюдают за страданиями другого человека. Таким образом, сами пытки и особенно их публикация могут привести к скрытой эпидемии ПТСР в целой стране.

Кроме этого, тираническое правление разрушает доверие между людьми. В России сегодня фактически запрещены любые коллективные действия, кроме тех, которые инициирует само государство. Например, если вы занимаетесь помощью бездомным животным, вы можете столкнуться с тем, что государство разрешает их отстрел, и вы захотите с этим бороться. А это уже политическая борьба, это опасно, а значит, будет запрещено. В результате подавления любых гражданских инициатив усиливается социальная атомизация, то есть утрата связей и чувства общности. Она ведет к одиночеству и отчужденности. Целый ряд исследований показывают, что люди, испытывающие социальную изоляцию, более склонны к депрессии, тревожным расстройствам и даже к снижению когнитивных функций.

Нормализация насилия в СМИ — еще одно свойство тирании. Российская пропаганда усиливает ненависть людей и обучает их агрессивному поведению в конфликтах. В 2014 году было проведено исследование, касающееся влияния станции «Радио тысячи холмов» на геноцид 1994 года в Руанде. Исследователи узнали, что в регионах, где радиосигнал был сильным, число убийств было значительно выше, что указывает на мощное влияние радио в координации действий и разжигании ненависти. Таким образом, пропаганда может не только нормализовать насилие, но и увеличить его количество путем прямых и манипулятивных призывов к жестоким действиям.

Наконец, чем выше концентрация власти в одних руках, тем выше вероятность, что государство начнет агрессивную войну (как мы видим, Россия это уже сделала). В политической науке есть такое понятие, как «демократический мир»: чем более правительство страны подвержено влиянию граждан, тем меньше вероятность войны. Люди в массе своей не хотят гибнуть на войне, которую сами же оплатили своими налогами, поэтому при прочих равных они скорее не проголосуют за политика, который собирается развязывать войны.

Война, в свою очередь, приводит к тем же симптомам, что и пытки — ПТСР и «травме свидетеля». Причём последняя распространяется даже на другие страны — например, исследования показывают, что война в Украине негативно сказалась на уровне тревоги и депрессии аж в Германии. 

Кроме того, с фронта возвращаются участники боевых действий. Часть из этих людей неизбежно страдает ПТСР, но в любом случае для них убийства и жестокость становятся нормой, которая проявляется в их поведении всю оставшуюся жизнь. Результат очевиден — рост всех видов насилия, от домашнего до уличного.

В каком-то смысле тираническое правление можно сравнить с жизнью в семье, где глава семьи — абьюзер. Так, тирания создает множество практик, которые помогают всем угождать тирану и предсказывать его желания. То же самое делают члены абьюзивных семей. В России в головах людей, обладающих хотя бы минимальной властью, от главврача и директора школы до силовиков, чиновников и депутатов госдумы, как будто поселяется «внутренний Путин». Этот «внутренний Путин» указывает человеку, что ему нужно делать, чтобы выжить в мире тирана. Это, в свою очередь, тоже негативно влияет на психику. 

К сожалению, тирания, как и домашнее насилие, редко прекращается без вмешательства внешних сил. Но к счастью, ничто не длится вечно.

Поэтому нам всем чрезвычайно важно преодолевать социальную атомизацию и сохранять связи, которые пригодятся нам потом. Научиться сохранять психическое здоровье можно в том числе у психолога Виктора Франкла, который в своих работах показал нам, что можно делать небольшие действия в сторону своих ценностей не только в тирании, а даже в концентрационном лагере.

Ему, например, помогало воображение: в сложные моменты он представлял себя читающим лекции студентам. Так ему удавалось сохранять профессиональную идентичность и планировать будущее, несмотря на тяжелую реальность. Еще одной важной опорой для него была любовь к жене. Даже не зная, жива она или нет, Франкл представлял себе будущее с ней и черпал в этих мыслях силы продолжать борьбу. Также он сохранял внутреннюю свободу через способность выбирать свое отношение к страданиям — он наблюдал за собой и другими заключёнными, замечая, как некоторые люди могли сохранять человеческое достоинство и проявлять доброту, несмотря на ужасные условия. 

Так что, как бы ни было трудно, мы с вами, даже в условиях тирании, способны на многое.

Александр Арчагов, The Moscow Times

Написать комментарий 2

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях