29 мая 2022, воскресенье, 9:07
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

Андрей Кравченко о ситуации в Беларуси: Тишина — это маленький фитилек, который разгорится внезапно

3
Андрей Кравченко о ситуации в Беларуси: Тишина — это маленький фитилек, который разгорится внезапно
Андрей Кравченко

Известный спортсмен призвал белорусов двигаться вперед.

Андрей Кравченко – белорусский легкоатлет, серебряный призер Олимпийских игр 2008 года в десятиборье, чемпион Европы, заслуженный мастер спорта. Казалось бы, с таким опытом тебя будут разрывать на части в Беларуси, только тренируй и помогай начинающим спортсменам. Однако – это история не о нашей стране.

Кравченко поставил подпись под письмом за честные выборы и против насилия, а в итоге в ноябре 2020 года за участие в протестах был уволен из госорганов, а также из сборной Беларуси. Позже еще и задержан – и арестован на 10 суток. В августе 2021-го Андрей с женой, известной легкоатлеткой Яной Максимовой и маленькой дочкой, вынужден был уехать из страны, и семья попросила политического убежища в Германии. «Белсат» пообщался со спортсменом, который поделился своим опытом вынужденного пребывания за границей.

– Андрей, Поздравляю с прошедшим днем рождения. Давай немного отмотаем время назад и вернемся в 2021 год. Летом, в августе, ты вместе с женой, известной многоборкой Яной Максимовой уехали на соревнования в Германию и там решили не возвращаться в Беларусь. Или это была недостоверная информация?

– Это журналисты Яну не так поняли. Мы не уезжали ни на какие соревнования, а целенаправленно выехали из страны, так как понимали, что оставаться в Беларуси опасно. Нас зачислили в списки неблагонадежных, и никакого будущего здесь у нас не было. Мы попали в списки тех, кто работать в стране уже не сможет. И была большая вероятность, что меня могли посадить в тюрьму. Поэтому было принято решение уехать. Нашей семье предложила помощь белорусская диаспора, за что я ей очень благодарен. Сейчас мы с семьей в Германии.

– Как далось решение покинуть страну? Как принималось решение, что подтолкнуло к этому?

– Конечно, трудно было покидать свою страну. Родина есть Родина! Строилось все очень долго – мы здесь родились, воспитывались, друзья, родные и близкие. Все это осталось там. Теперь все нужно начинать с нуля. Понимаем, что трудно и сложно, зато безопасно.

– Вы в легкой атлетике очень давно и знаете всю кухню изнутри. Как можете прокомментировать случай с Кристиной Тимановской на Олимпиаде – можно ли было избежать такого инцидента?

– По моему мнению, все могло быть по-другому, можно было избежать этого конфликта, если бы подошли к проблеме с другой стороны. И Кристина вскипела, и руководители могли бы подождать, пока она успокоится, а не рубить с плеча. А те функционеры не смогли найти правильного решения, и случился международный скандал. Это даже не тренеры ее репрессировали, а простые начальники, которые с ней приехали на Олимпиаду. Для спортсменов легкоатлетов эти люди – они никто.

– Обычно спортсмен и тренер – одно целое. В вашей спортивной карьере были ли подобные случаи, когда ваши мысли и действия шли вопреки учителям и приходилось твердо реагировать?

– Есть тренер, который тренирует лично меня. К его мнениям и советам я всегда прислушиваюсь. Но к начальнику или руководителю, который никакого отношения ко мне не имеет, на меня никак не влияет, я бы не прислушивался. Он просто выделяет средства на сборы, регулирует мою дальнейшую карьеру (оставить меня в сборной или нет). На меня никак не повлиял старший тренер, если бы что-то сказал. Я слушал бы только своего личного тренера.

– Вы за свой спортивный век много поездили по планете, подолгу не бывали дома, но знали, что в любой момент можете вернуться на родину. Теперь это опасно для вас. Как живется с такой мыслью и с непониманием того, когда вы сможете появиться в Беларуси?

– Понимание уже другое. Нужно жить для жены, для маленького ребенка. Очень хочется, чтобы в стране все наладилось, произошли перемены, и мы вернулись в свободную Беларусь. Однако пока неизвестно, когда это произойдет и что будет дальше. Теперь нужно жить так, как получается: стараться сделать все для благополучия моей семьи, для своего будущего.

– Как прошла адаптация в Германии? Как устраивали быт – все на ваши плечи, или кто-то помогал? А что со знанием немецкого языка, как проходит бытовое общение?

– Интеграция до сих пор идет, и еще долго будет идти. Окончательно завершится, когда будем спокойно разговаривать на языке местного населения. Немецкий язык сложный, и нам достаточно долго придется учить его. Первый год действительно будет сложный. В магазине легко – оплатил и ушел. На тренировках миксую английский и немецкий языки. Очень круто, когда твои 13-летние учащиеся учат тебя немецкому языку, это радует. Они уже в этом возрасте знают несколько языков. Теперь у меня есть ученица, которая досконально знает английский язык, и я пытаюсь через нее донести свои мысли немецким детям, юным спортсменам. И сам пытаюсь при этом учить язык страны, в которой придется какое-то время жить.

– Вы говорите о своих учениках – то есть о вашем старте тренерской карьеры за пределами Беларуси?

– Пока нет, мне дали две группы детей. Одна легкоатлетическая, а вторая фехтовальщиков. Им я веду общефизическую подготовку. Наверное, это больше можно считать как подработку. Официальная работа будет, если мы переедем в другой город. Там, надеюсь, удастся получить работу в профессиональном легкоатлетическом клубе.

– Как вообще проходит ваш день, долго ли перестраивались на новый образ жизни?

– Яна едет в другой город на тренировку в 55 километрах от дома, в тот клуб, где я буду работать. В это время я занимаюсь дома с дочкой. Вечером я ухожу на тренировку, затем на работу, жена с ребенком остается. Но моя работа в том самом городе, где мы пока живем. И так каждый день.

– Сможет ли она выступать на международной арене, после того как покинула Беларусь? Были ли у нее какие-либо контакты с нашей легкоатлетической федерацией?

– Никакого отношения к белорусской федерации она не имеет. Самостоятельно она тоже не может выступать. Ей сейчас, если захочет выступать на международной спортивной арене, нужно получить какой-то статус, вроде спортивного гражданства. Сейчас у нас статус политических беженцев. Нужно все вопросы решать на юридическом уровне.

– Почему решили остановиться именно в Германии, а не как большинство наших соотечественников, уехавших в Украину, Литву, Польшу?

– Мы вообще не планировали никуда уезжать, хотели жить дома в Беларуси. Но когда началась ситуация оккупации в стране, нам пришлось задуматься над этим. Нам поступило предложение помощи от добрых людей из белорусской диаспоры Германии. Вот так и оказались здесь. Мы никому ничего не говорили, все было конфиденциально. Когда приехали на место, тогда и рассказали всем об этом.

– Знаю, что к вам в гости на новогодние праздники приезжал ваш друг, гандбольный тренер Константин Яковлев. Он также уехал из страны и пока что в Киеве. Как прошла долгожданная встреча?

– Все прекрасно прошло, очень хотелось бы со всеми встретиться и пообщаться дома в Беларуси. Но на данный момент ситуация нерадостная.

– В инстаграме было видео, на котором Костя выступает в роли парикмахера, а в итоге вы стали лысым. Что это был за прикол?

– Костя прикололся и подстриг меня налысо. Мы не ожидали такого, жена была в шоке от происходящего. Получается, что мы друг друга не так поняли. Уже все нормально, волосы уже отрастают.

– Как обстоят дела с пандемией коронавируса в вашем регионе? Требуется ли обязательная вакцинация?

– Да, здесь все очень жестко. Когда я иду на тренировку, я должен быть вакцинирован, также нужен отрицательный тест на коронавирус, а срок его действия 24 часа. Ни в какое помещение не войдешь без тестов 2G или 2G+, кроме продуктовых магазинов. Все тесты делают бесплатно.

– Как вам происшествия, всколыхнувшие Казахстан? Вам ничего не напомнили эти события?

– У меня друг живет на востоке Казахстана – в Караганде, он главный тренер по легкой атлетике, там все спокойно, по его словам. Я не могу чего-то комментировать, потому что я не в той стране и не вижу своими глазами, что происходит. Если в Беларуси я владел ситуацией и видел, что происходило, то здесь я не могу сказать, чьи это политические игры. Все сложно.

– Следите за новостями с родины? Вас полгода уже нет, изменилось ли что-то там, на ваш взгляд?

– Да, мы следим за всеми новостями из страны. Я поседел, постарел от этих новостей, от несправедливости. Если я уехал из Беларуси, то это не говорит о том, что я оставил все. Я, как боролся, так и буду бороться с этим режимом, буду делать все, что в моих силах в этот момент и в этой ситуации. Много наших друзей сидит в тюрьме. Тот же Саша Ивулин сидит несправедливо. Нельзя складывать рук, нужно настроиться на борьбу. Полтора года прошло, все устали, всем тяжело, однако судя по тому, как растут цены на все в Беларуси, народу недолго осталось терпеть это все и ждать перемен. На данный момент цены в Германии на многие продукты меньше белорусских. Если брать чек из Беларуси на 100 рублей и перевести на евро, то те же продукты стоят тех же денег в Германии.

– Скоро зимняя Олимпиада в Пекине. Будете наблюдать за выступлением белорусских спортсменов? За какими видами спорта наблюдаете, может болеете за кого?

– Нет времени на просмотр телеканалов. Бывает «Трибуну» могу посмотреть, почитать, «Прессбол» для меня умер вообще

как источник информации. Следить за Олимпиадой буду через интернет. Есть несколько честных спортсменов, за которыми с удовольствием можно понаблюдать, поболеть.

– Недавно произошел неприятный случай с нашими лыжницами Светланой Андриюк и Дарьей Долидович. Спортсменки заявили, что их лишили возможности участвовать в соревнованиях по политическим причинам. Белорусская федерация лыжных гонок деактивировала их индивидуальные идентификационные номера в FIS, которые необходимы для участия в соревнованиях. Сейчас в этом разбираются. Как вы прокомментируете?

– Конечно, я слежу за этой информацией. Я очень уважаю Долидовича, он сам и за свои деньги готовит девочек, а то, что сейчас происходит, это кошмар. Пусть это остается на совести тех, кто это делает. Хотя у них нет ни совести, ни чести, и им плевать на всех. Для своей карьеры готовы лизать любые части тела. Это ничтожные, слабые люди, неуверенные в себе, которые ценой такой ситуации пытаются двигаться по карьерной лестнице. Они тявкают, вякают, репрессируют. Уверенный в себе человек готов потерять все, начнет все с нуля – и точно знает, что все получится.

– Как вы относитесь к тому, что в нашей стране футбольным клубам запрещено выезжать на зарубежные сборы?

– Если смотреть на логику, то международные сборы нужны. Но если смотреть с моей точки зрения профессионального спортсмена, то они сами выбрали эту позицию, подписывая провластные письма, выслуживаясь перед непонятно кем. А теперь они окунулись в реальность, им показали их место в обществе. И это еще раз дает повод для размышлений, раздумий над своим будущим. Даже если вы будете на светлой стороне, но будете маскироваться, то вас все равно вычислят, и вы будете сидеть там, где сидите сейчас, – в жопе!

– В новом году время принято загадывать желания. Если есть у вас такое, вы можете им поделиться? Ваши пожелания всем сторонникам и всем белорусам в новом году?

– У меня одно желание, как и у всего белорусского народа. Чтобы Беларусь обрела свободу, встала с колен, начала развиваться в нормальном направлении, стала цивилизованной страной. Все, что будет от меня зависеть, я готов делать. Тишина – это маленький фитилек, маленький огонек, но он разгорится внезапно, когда будет ветерок. Никто не знает, что будет завтра. Никто не знал, что мост рухнет на Немиге. Хорошо, что ночью это случилось, а если бы днем – на автобус или троллейбус с людьми? Нельзя падать духом, нужно двигаться вперед!

Скачивайте и устанавливайте мессенджер Telegram на свой смартфон или компьютер, подписывайтесь (кнопка «Присоединиться») на канал «Хартия-97».