Для Путина предстоящий визит в Пекин 19–20 мая выглядит не как самостоятельный геополитический маневр, а как поездка после того, как главные параметры уже обсудили Трамп и Си. Официально Кремль и МИД КНР говорят о "двусторонних отношениях" и "международных вопросах", но сама последовательность событий политически невыгодна Москве: сначала американо-китайский саммит, потом российско-китайская консультация.
Главный вывод: Россия все больше переходит из роли субъекта в роль предмета переговоров. Не потому, что Китай "сдал" Москву окончательно, а потому, что для Пекина стабильность торговли, энергетики и доступа к западным рынкам важнее российской войны против Украины.
На самом деле, выбор у путина не такой сложный - стреляться, травиться или замачиваться в сортире.
ReplyДля Путина предстоящий визит в Пекин 19–20 мая выглядит не как самостоятельный геополитический маневр, а как поездка после того, как главные параметры уже обсудили Трамп и Си. Официально Кремль и МИД КНР говорят о "двусторонних отношениях" и "международных вопросах", но сама последовательность событий политически невыгодна Москве: сначала американо-китайский саммит, потом российско-китайская консультация.
ReplyГлавный вывод: Россия все больше переходит из роли субъекта в роль предмета переговоров. Не потому, что Китай "сдал" Москву окончательно, а потому, что для Пекина стабильность торговли, энергетики и доступа к западным рынкам важнее российской войны против Украины.