13 ноября 2018, вторник, 20:11
Поддержите сайт «Хартия-97»
Рубрики

«Этим указом власти заходят слишком далеко»

56
Карикатура: cartoon.kulichki.com

Указ Лукашенко нарушает право людей на собственность.

На прошлой неделе Александр Лукашенко подписал указ №357 «О пустующих и ветхих домах».

Основная цель документа – ускорить процедуру изъятия пустующего и ветхого жилья: теперь на это уйдет не больше года. Но не нарушает ли он права собственников жилья, задается вопросом «Брестская газета».

«Данный указ ни в коей мере не ущемляет права добросовестных пользователей, собственников жилых помещений, поскольку, чтобы дом не попал в пустующие дома, собственнику достаточно написать уведомление о том, что у него есть желание использовать данный жилой дом по назначению», – в интервью «ТРК Брест» комментирует указ начальник управления ЖКХ и энергетики комитета по архитектуре и строительству Брестского облисполкома Алексей Мартысюк.

По мнению председателя Брестской областной организации БСДП (Грамада) Игоря Масловского, в любой стране, в том числе Беларуси, должна существовать процедура для подобных случаев.

«Что касается самого указа, я пока не вижу каких-то больших нарушений прав. Он определяет порядок дальнейшего распоряжения этими домами. Другое дело, как это будет выглядеть на практике. Как мы знаем, у нас есть право на свободу слова, свободу митингов и собраний. Но на практике оно практически сходит на нет», – говорит глава социал-демократов.

Время покажет, насколько эффективной будет процедура поиска собственника, вынесения предписаний и будут ли в первую очередь учитываться права людей на собственность.

Масловский не исключает, что в рамках реализации этого закона будут коррупционные или незаконные действий органов власти.

О возможном злоупотреблении со стороны властей говорит и брестский правозащитник, юрист  Роман Кисляк. По его мнению, новый указ – «продолжение безумной политики наших властей».

«Человек имеет право иметь несколько домов и не обязан жить в каждом из них. Безусловно, у владельца собственности, помимо блага обладания, есть и обязанность содержать в порядке свою собственность. Но, по-моему, наши власти этим указом заходят слишком далеко. Почему это дома не могут пустовать? Почему власти так сильно вмешиваются в частную жизнь граждан?» – задается вопросом юрист.

По его мнению, указ «О ветхих и пустующих домах» станет в ряд с другими «драконовскими»законами Беларуси. Например, указом №87, который дает три года на строительство жилого дома, дачи. Или нормой о том, что сельскохозяйственные земли не должны простаивать.

«Власти действуют с Беларусью как с огромным сельхозпредприятием: все сельскохозяйственные земли должны быть засеяны, все дома должны быть обжиты и ни один не должен пустовать. И это все в ущерб праву собственности, праву свободно распоряжаться и владеть имуществом по своему усмотрению. Мы все дальше удаляемся от уважения прав», – считает Кисляк.

По его мнению, при исполнении этого указа могут возникнуть проблемы. Уведомление о том, что дом могут занести в реестр ветхих или пустующих, по каким-то причинам может не дойти до адресата. Не учитываются также возможности людей по восстановлению домов: они могут находиться в сложной жизненной ситуации (болезнь, отсутствие свободных средств и т. д.).

«Пострадавшие от данного указа могут обращаться в Комитет по правам человека ООН с жалобой на нарушение права на личную жизнь», – говорит правозащитник.

На начало 2018 года на Брестчине примерно 10,2 тысячи домов носили признаки пустующих или ветхих. Всего в области насчитывалось более 42 тысяч домов, не заселенных на постоянной основе. Почти три четверти из них использовалось гражданами для временного проживания, в качестве дачи, для ведения приусадебного хозяйства, садоводства и т.д.

Правда, в указе прописано: если решение суда о признании дома пустующим или ветхим будет отменено, бывший собственник может потребовать возврата дома, если он перешел в государственную собственность. Если строение продано, ему могут вернуть сумму сделки. Если же снесено – компенсировать в том размере, в котором дом был оценен перед сносом.