18 сентября 2019, среда, 4:47
Мы в одной лодке
Рубрики

Лукашенко теряет хватку?

13
Лукашенко теряет хватку?
Фото: AFP

Власти знают о реальном отношении людей к ним.

В России сегодня популярно мнение, что освобождение журналиста Ивана Голунова в первую очередь стало итогом впечатляющей акции солидарности коллег и давления общества на власть. В то же время в Беларуси звучит мысль, что наши граждане недооценивают эффект общественного резонанса вокруг громких дел – и зря, пишет «Салідарнасць».

По мнению политического обозревателя Александра Класковского, в подобных случаях исход зависит как от силы давления на чиновников, так и от настроя властей в конкретный момент. Белорусскому обществу действительно не хватает солидарности и гражданской активности, но совсем уж пассивным и запуганным его назвать нельзя.

Александр Класковский напомнил о том, как после Площади-2010 сотням задержанных носили передачи и собирали деньги.

Говоря о корнях проблемы, политический обозреватель подчеркнул:

— Базовый фактор — власть и в Беларуси, и в России авторитарная, жесткая. В таких случаях она не хочет терять лицо. Тот же Путин известен тем, что он своих не сдает. Обозреватели подчеркивают, что если какой-то чиновник или силовик сделал неблаговидный поступок, Путин все же старается не убирать этого человека под общественным давлением.

Белорусская власть также не любит казаться слабой, говорит собеседник «Салідарнасці». Так как за этим стоит убеждение: один раз дашь слабину – и люди подумают, что наверху вождь уже не тот, окружение не то и режим шатается. Значит, давление тогда будет нарастать.

— Вместе с тем, на сегодняшний день мы видим, что и в России, и в Беларуси власть в каких-то случаях начинает делать нехарактерные жесты и проявлять непривычную мягкость, обращать внимание на выступления, — отметил Александр Класковский.

В подтверждение своих слов он привел ряд примеров. Это и визит Натальи Кочановой в Могилев, где ей пришлось извиняться за действия милиции перед цыганами. И налаживание долгожданного диалога властей с жителями Бреста по поводу строительства аккумуляторного завода.

И акции протеста против тунеядского декрета, закончившиеся пусть и разгоном недовольных, но также и переписыванием скандального документа. А также «дело БелТА», пусть и не столь триумфальное для его фигурантов, но с мягкими судебными вердиктами.

Во всех вышеперечисленных случаях, убежден политический обозреватель, итог был предрешен именно активностью граждан и широким резонансом в СМИ и соцсетях.

Авторитарная власть любит испытывать предел терпения общества. И если оно молчит, не сопротивляется каким-то непопулярным мерам, то власть расценивает это как возможность продолжать в том же духе, говорит Александр Класковский.

В Беларуси власти знают себе реальную цену

По мнению политического обозревателя, дело в падении популярности властей как в Москве, так и в Минске. В России это выглядит более очевидно благодаря регулярным публикациям рейтингов. В Беларуси, где независимую социологию разгромили, власти, впрочем, также знают себе реальную цену:

— На днях при кадровых назначениях у Лукашенко прозвучала показательная фраза о том, что «не умирает народ от любви к нам». Возможно, он так проговорился, так как известно, что ему кладут на стол результаты закрытых исследований.

Российские власти ведут себя хитрее

На примере истории с Иваном Голуновым Александр Класковский отметил различия в действиях Москвы и Минска. По его словам, российские власти в кризисных ситуациях не отказываются от возможности использовать каналы обратной связи:

— Главред «Эха Москвы» Алексей Венедиктов и председатель правления директоров «Новой газеты» Дмитрий Муратов, которые активно участвовали в кампании солидарности с Голуновым, являются членами определенных общественных структур. Муратов входит в общественный совет при МВД, Венедиктов — в общественную палату Москвы. Они вхожи в кабинеты и в этой истории контактировали с чиновниками высокого ранга.

В Беларуси власть более примитивна и не использует даже полудекоративных форм обратной связи.

— На фоне разговоров о новой Конституции, возможно, какие-то робкие подвижки в этом плане и появятся – но не до выборов, – считает Класковский.