18 августа 2019, воскресенье, 17:23
Мы в одной лодке
Рубрики

Совбез и деньги

18
Совбез и деньги
Ирина Халип

Кто приносит наличные для Лукашенко?

Конечно, говорят все вокруг, арест Андрея Втюрина – это большая политическая игра, а взятка – всего лишь формальный повод. Тем более, говорят все вокруг, зачем арестовывать всю недвижимость, если сумма взятки – тьфу, плевая – всего-то 150 тысяч долларов: одна комната в коттедже или пристройка потянут на всю сумму. И вообще, говорят все вокруг, нужен был такой повод, чтобы еще и народ развлекся и отвлекся, он ведь любит, когда за взятки сажают. Но поскольку у нас тут большая политическая игра, то, скорее всего, вообще подбросили. Втюрин, конечно, влиятелен, но ведь он же не министр, не прокурор, не судья, лицензий не выдает, тендеры не проводит, в тюрьмы не сажает, приговоры не выносит – за что ему взятки-то давать?

И эти речи, которые в последние дни звучат отовсюду, здорово напоминают реплики директора рынка из фильма «Гараж»: «Что я могу украсть на рынке? Весы? Белый халат? Прилавок?..» Точно так же и о Втюрине говорят: за что ему взятки – за белый халат? За весы? И правда, совбез же официально – контора аналитическая. Ни оперативной деятельности, ни спецназа, ни изолятора своего, ни распределения госзаказов. Вроде как просто синекура для силовиков: сел в кресло – и ни о чем не думай больше, наслаждайся жизнью и жди то ли хорошей пенсии, то ли назначения куда-нибудь в министры. Оазис комфорта с размытыми функциями. И сажать совбезовца можно только в рамках большой игры.

Насчет политических причин сомневаться, конечно, не приходится. Но откуда такое странное отрицание самой возможности брать взятки только лишь потому, что человек занимает высокий пост в совбезе, а не в исполкоме или ДФР? Ну да, тендеров не проводит, уголовные дела не возбуждает. Зато у совбеза есть две чудесные функции: крышевать и кошмарить. Разве сможет отказать какой-нибудь таможенник или налоговик, судья или прокурор, следователь или исполкомовец, если услышит в телефонной трубке голос из совбеза, который вежливо попросит не трогать «хорошего человечка» или, наоборот, наказать оборзевшего? Да после такого звонка он бросится исполнять так резво, что только пятки засверкают. И сделает все в лучшем виде и в кратчайшие сроки. И будет счастлив, если ему великодушно дадут право в случае чего обратиться за помощью или ответной услугой. А если нет – и то хорошо, что мирно-вежливо, могли бы ведь и бритвой по глазам. Так что стоимость подобного звонка может варьироваться от сотни тысяч до бесконечности. Потому что это беспроигрышный вариант. Можно отбрехаться от какого-нибудь «депутата», туманно пообещав и ничего не делая. Но от совбезовца, да еще в больших чинах, - никогда. Они это знают прекрасно, и цену своим услугам – тоже.

Кроме того, вы никогда не обращали внимания на многочисленные заголовки новостей: «Совет безопасности начал проверку системы образования… ЖКХ… полка правительственно связи… ДФР…» - и так далее? А ведь по итогам таких проверок не только уютных кресел и должностей лишаются, но и свободы. Вспомните хотя бы совбезовскую проверку ДФР в 2010 году, после которой начальник управления по расследованию преступлений Дмитрий Адамович был арестован и приговорен к трем годам лишения свободы, а сам департамент полностью расчищен для нужных людей, которые всего лишь год спустя посадили Алеся Беляцкого. Так что совбез и деньги – понятия не просто совместимые, а неразделимые, как сиамские близнецы.

И еще: в государствах, погрязших в коррупции подобно нашему, в какой-то момент, после многих показательных арестов, крупные чиновники перестают брать из рук в руки и заводят себе трасти (trustee). Функция у трасти простая – брать и доставлять, куда скажут, или размещать, где скажут. А теперь подумайте: кто может быть трасти для Лукашенко? Нет, речь идет не о миллиардах в арабских банках – там, понятно, другие схемы. Но ведь все мы знаем нашего колхозного постреленыша: имей он хоть сотню миллиардов на счетах, все равно спокоен не будет, если в погребе в Дроздах кадушки не набиты наличными, - мало ли что? А эти наличные кто-то должен приносить. Доступ к телу – у очень ограниченного круга. А такая степень доступа, чтобы войти и плюхнуть на стол чемодан баксов, - максимум у двух-трех человек. И арестованный Втюрин вполне мог быть одним из них.

Мог, конечно, и не быть. По крайне мере, в последние годы. Мог действительно сесть за шуры-муры с Кремлем, за работу на ФСБ, - теоретически даже подготовку покушения нельзя исключать. Но говорить, что он по должности взятки брать не мог, - по крайней мере наивно. Потому что вся эта публика просто за зарплату и за должность даже с кровати не встанет.

Уж лучше бы и не вставали.

Ирина Халип, специально для Charter97.org