18 июля 2019, четверг, 4:46
Мы в одной лодке
Рубрики

Антисемитизм в Беларуси никуда не делся

Чиновники позволяют себе с улыбкой шутить на тему еврейской крови.

22 мая на Северном кладбище Бреста, за 6 километров от города, состоялось торжественное перезахоронение останков 1214 человек, найденных на месте бывшего еврейского гетто, сообщает «Радыё Свабода».

В торжественной церемонии принял участие глава брестского горисполкома Александр Рогачук, а также представители еврейских общин города, посол Израиля, дипломаты из США, Германии, Австрии, Польши и других стран.

Согласно еврейской традиции, человеческие останки перезахоронили вместе с землей, которую привезли на кладбище с места находки. Брестские власти обещают поставить на месте перезахоронения памятный знак.

«Они знали, что там лежат люди»

Строительство жилого комплекса недалеко от пересечения улиц Куйбышева и Машерова в Бресте началось в августе 2018 года. Застройщиком стала компания «Прибугский квартал», будущим жильцам пообещали элитное жилье в 4-этажных зданиях. Стоимость квадратного метра достигала примерно 1600 долларов - недешево даже для столицы. Центр города, рядом пешеходная Советская и набережная реки Муховец.

В конце осени работы перешли в активную фазу, на площадку пригнали тяжелую технику. В январе 2019-го начали копать котлованы. Почти сразу рабочие наткнулись на человеческие останки, вызвали милицию. Правоохранители приехали, осмотрели кости, сказали, что это «со времен войны, а потому не наше», и уехали. Человеческих костей, тем временем, становилось все больше. Cчет пошел на сотни.

«Местные власти знали, что на этих участках могут быть захоронения, - рассказывает брестский историк Ирина Лавровская. - Первые останки людей нашли там в 1956 году. Довольно большое количество - 600 человек. В 70-е годы там находили человеческие останки. Год или полтора назад вышла книга немецкого исследователя Ганцера, в которой задокументированы события в Бресте 1941 года. Там также говорится о расстрелах. Полагаю, документы об этом должны быть и в КГБ. Поэтому - да, городские власти знали о том, что это за место».

Лавровская, как и другие брестчане, узнала о находке из интернета. Жительница одного из соседних домов увидела в окно, что рабочие достают из котлована человеческие черепа и сняла это на видео для своего Instagram. Новость быстро разлетелся по городу.

Ситуацию осложняло то, что строительная площадка - на территории охранной зоны. Согласно постановлению Совета министров, охранная зона в Бресте находится в пределах бульвара Космонавтов, улицы Ленина, линии железной дороги и реки Муховец. Государство на этой территории охраняет не только застройку, но и культурный слой.

Любые строительные работы должны согласовываться с экспертами, на месте стройки нужно проводить раскопки. Было ли это сделано компанией «Прибугский квартал» - до сих пор неизвестно.

«Перед любым строительством на территории охранной зоны создается проект, у которого есть научный руководитель, - рассказывает Ирина Лавровская. - Обязательно создается историческая справка о территории, на которой реализуется этот проект. Вот я очень хотела бы видеть эту историческую справку, что в ней прописано. Здесь вопрос в солидных нарушениях процедуры выделения участка, ведения участка и далее по пунктам ведения проектных и строительных работ».

Историк создала в интернете петицию с призывом к брестчанам поддержать ее идею - остановить строительство жилого комплекса на месте бывшего гетто и создать там мемориальный парк. Петицию подписали 745 человек.

«Я не выступаю против новой стройке в городе, - рассказывала Ирина Лавровская в конце февраля. - Но я категорически против того, что ситуация, которая сложилась, игнорируется. Там около 1000 человек найдено. Это означает, что это место знакового исторического события. Что такое исторический город - это сумма мест, важных для памяти. Вот таким местом для Бреста является это место, где город потерял почти половину своего населения в течение нескольких дней. Это событие у нас никак не отмечено».

По мнению историка, символически еще и то, что находка произошла накануне празднований 1000-летия Бреста. Ирина Лавровская считает, что бывшее гетто могло бы стать «местом смирения» для жителей города.

«Нужно исследовать всю территорию этого квартала, территорию с противоположной стороны, - говорит она. - Поднять все документы, которые есть в КГБ. Надо проверить, где могли быть еще такие захоронения, провести новые археологические исследования. А в этом конкретном случае - оградить какую-то конкретную территорию, которая не должна застраиваться. В знак памяти и в знак нашего смирения. Мы же не извинились еще за это. Мы были свидетелями».

«Такое ощущение, что здесь лежат не брестчане, а кто-то чужой»

Максим Хлебец редактирует городское издание natatnik.by. Говорит, что никогда особо не был вовлечен в общественную деятельность. Тем более - в деятельность еврейских организаций Бреста. Едва ли не впервые он сделал это зимой этого года, когда начал заниматься историей с находками на территории бывшего гетто. Говорит, что уже почти жалеет об этом. Мол, никому память о гетто в городе особо не нужна.

«В августе 2018 года мы пролезли на огражденную под строительство площадку, делали фоторепортаж оттуда, - рассказывает Максим. - Там были деревянные дома, которые потом разрушили. Опубликовали снимки, подписали, что это все на месте гетто находится, что там происходили расстрелы. Понимаете, в городе все знают об этом. Даже ничего особо и писать не надо. Люди помнят, что здесь было гетто».

Максим показывает журналистам два дома, построенные на территории гетто в советское время. Под одним нашли останки 600 человек, под вторым - меньше, но точной цифры нет. Рядом стоит небольшой мемориальный знак. Его поставили в 1992 году, уже во времена независимости. Предыдущие два, установленные в 1945-м и в 70-е, продержались всего по несколько лет. Достается и новому. Знак, на котором написано о 35 тысяч жертв брестского гетто, периодически разрисовывают краской.

«Вариант с Северными кладбищем более простой для всех, - говорит журналист. - Для еврейских общин - потому, что власти сами его предложили и профинансировали. Для властей - не надо какой-то мемориальный знак посреди города ставить. Равнодушие у жителей города к этой истории. Мол, зачем нам создавать мемориал, пусть всего евреи сами платят, это же евреи здесь похоронены. Нет понимания того, что убитые в гетто евреи - это такие же жители Бреста, как и все другие. Сейчас просто евреев в городе почти нет, их не видят. Поэтому такое понимание, что это кто-то чужой нам. Но ведь это не так. В Бресте до войны половина населения были евреями, если не больше».

Максим рассказывает, что сейчас в Бресте живет примерно 400 более-менее активных участников четырех еврейских общин. Еще несколько сотен евреев в деятельности общины не участвуют. Отношения между общинами также непростые. Кроме мемориального знака, на месте бывшего гетто еще есть небольшой музей в подвале обычного жилого дома. Там хранятся части Торы из бывшей синагоги. В самой синагоге по-прежнему располагается кинотеатр «Беларусь».

«Когда началась эта история, я обратился в Институт истории НАН, - рассказывает далее о своих попытки как-то сохранить память о бывших узника гетто Максим. - предложил взять часть останков на экспертизу, сохранить их для анализа ДНК. Это же все можно сделать было. Мне сначала ответили, что - да, конечно, можно и даже нужно. Что деньги у них есть для командировки своих сотрудников. Я рассказал обо всем руководителю одной из еврейских общин Бреста Регине Симоненко, она пошла в горисполком, там предложила это сделать. Горисполком позвонил в НАН, и после мне там ничего, кроме "я не уполномочена с вами разговаривать", уже не говорили. Вот так все и закончилось».

В результате научного исследования останков жертв так и не сделали. Все человеческие кости извлекли из котлована и отвезли на территорию Брестской крепости, где хранили в казимате рядом с воротами в виде звезды. По словам Максима, на территории гетто могли быть похоронены не только евреи, но и местные белорусы. Узнать об этом сейчас будет гораздо сложнее.

«Никому здесь эта память особо не нужна, - говорит Максим. - Шуточки эти, все же оттуда идет. Антисемитизм никуда не делся. Вы посмотрите пресс-конференции с участием руководства города. Они же себе также позволяют пошутить на тему еврейской крови, с улыбкой. Брестчане теперь считают, что это какая-то другая история, не нашего города. В Брестской крепости герои, а тут какие-то там евреи».

«Будет ли на месте перезахоронения памятник? Хороший вопрос»

Регина Симоненко, которая руководит одной из четырех брестских еврейскийх организаций, говорит, что пока точно неизвестно, будет ли на месте перезахоронения на Северном кладбище установлен памятный знак. По ее словам, вопрос упирается в финансирование. Вероятно, к делу придется привлечь международные еврейские организации, однако пока договоренностей по этому поводу нет.