24 июня 2019, понедельник, 17:33
Мы в одной лодке
Рубрики

Libération: Cтрасти в Екатеринбурге

В России появился запрос на участие в механизме принятия решений.

В российском Екатеринбурге проект строительства православного храма, задуманный двумя олигархами, вызвал стихийную мобилизацию демонстрантов, защищающих общественное пространство. В среду власти, кажется, уступили, пишет спецкор французской Liberation, (перевод - inopressa.ru) в Екатеринбурге Люсьен Жак.

"Строительство в "столице Урала" (1700 км к востоку от Москвы) храма, посвященного святой покровительнице города - это старая история. Вернее, реконструкция, поскольку, как подчеркивают сторонники проекта, на самом деле речь идет о восстановлении здания, взорванного большевиками в 1930 году. После двух неудачных попыток в 2010 и 2012 годах построить храм в других местах было объявлено о выборе Октябрьской площади, прямо в центре города, что было сделано незаметно летом 2018 года и не вызвало особых реакций. Но когда в ночь с воскресенья 12 на понедельник 13 мая вокруг площади были возведены строительные ограждения, это вызвало гнев жителей", - говорится в статье.

"В среду исследовательский центр ВЦИОМ опубликовал результаты опроса, где 72% респондентов заявили, что они против строительства храма. В августе 2018 года их было всего 25%", - указывает Libération.

"Уже в третий раз они пытаются навязать свой проект строительства на общественных землях и поставить людей перед свершившимся фактом, вот что вызывает недовольство, - изобличает Дмитрий Москвин, активист-эколог и член группы "Парки и скверы Екатеринбурга". - Территория, которой пользовалось все население города, внезапно становится местом, которое будет служить только 2% практикующих православных христиан Екатеринбурга".

"Недовольство усугубляется финансовыми бесчестными сделками, укрывающимися за этим проектом. Компания, отвечающая за строительство собора, ООО "Храм Святой Екатерины", принадлежит "Русской медной компании" (РМК) и "Уральской горно-металлургической компании" (УГМК), двум огромным горнодобывающим конгломератам, владельцами которых являются соответственно Игорь Алтушкин и Андрей Козицын, местные олигархи, входящие в список крупнейших состояний России. И заявление о выдаче разрешения на строительство, поданное ООО "Храм Святой Екатерины", помимо храма, предусматривает строительство в непосредственной близости от него "многофункционального центра": это три современных и рентабельных здания по 30, 10 и 8 этажей для коммерческих целей, воздвигнутых на месте, которое в настоящее время занято зданиями, отнесенными к объектам национального культурного наследия", - поясняет спецкор.

"Алтушкин и Козицын - настоящие хозяева города и всего региона, - уточняет Юрий Кузьминых, координатор штаба российского оппозиционера Алексея Навального в Екатеринбурге. - Их финансовые интересы имеют силу закона, а местные чиновники являются лишь исполнителями их воли. Они платят губернатору, мэру и делают с городом и регионом все, что хотят, ".

"Объективно эти люди много сделали для Екатеринбурга", - говорит шеф-редактор информационного агентства Ura.ru Иван Некрасов. Алтушкин построил частную школу, академию боевых искусств, Козицын через свою компанию УГМК поддерживает все социальные и культурные проекты города. "Но они также люди 90-х годов. Они считают, что во имя своего покровительства, они могут позволить себе в городе все, и не понимают, почему они не вправе решить возвести храм там, где им хочется". Юрий Кузьминых резюмирует: "Мы являемся свидетелями союза Церкви, политической власти и делового мира".

"Почему же этот мощный союз так быстро уступил перед лицом решимости нескольких тысяч активистов? Ответ надо искать в Москве, - считает Люсьен Жак. - В четверг, 16 мая, в то время как предыдущая ночь была ознаменована новым насилием и арестами, один российский журналист обсудил эту тему с Владимиром Путиным. Президент, мало знакомый с данной ситуацией, по его собственному признанию, сказал, что это "чисто региональная" история и предложил провести "опрос населения". Двадцать девять минут спустя, несмотря на четыре дня воинственных деклараций, призывы к твердости и неизменную поддержку проекта, мэрия Екатеринбурга объявила о заморозке работ до проведения опроса общественного мнения", - пишет Libération.

"По мнению Юрия Кузьминых, столь резкая перемена является симптомом того страха, который внушает Владимир Путин российским высокопоставленным чиновникам. "В конце апреля Путин ввел новые критерии оценки губернаторов", - поясняет он. О губернаторах сейчас судят по рейтингу популярности президента в регионе, за который они несут ответственность. "Путин хочет любой ценой избежать беспорядков в регионах", - утверждает он. - Если Путин обнаружит недовольство, он захочет избавиться от губернатора, но не захочет создавать у людей впечатление, будто он делает это под народным давлением, чтобы не создавать прецедент". Решение: найти юридический предлог и обвинить губернатора в коррупции. "К нему отправляют команду из Счетной палаты, находят нарушения в его регионе, и сажают его в тюрьму на десять лет. Путин спасает лицо. Он не уступил жителям, и он посадил коррумпированного губернатора за решетку, - заключает Кузьминых. - Вот почему местные руководители в ужасе. При малейшем замечании Путина они бросаются повиноваться".

"Отступление властей в Екатеринбурге - не первый пример. В течение нескольких лет протесты вокруг местных проблем усиливаются по всей стране. В Москве в 2015 году -против строительства церкви на месте парка; в 2017 году - против городской программы реновации, предполагающей разрушение тысяч зданий", - напоминает журналист.

"Но на самом деле это не просто политический протест, это базовый политический протест, потому что его причина - недовольство людей тем, что их интересы не учитываются при принятии решений, - анализирует российский политолог Екатерина Шульман в статье, опубликованной на сайте takiedela.ru. - То есть это запрос на участие в механизме принятия решений. Основной политический запрос! Никаких других политических запросов не бывает. Это запрос на власть: я хочу обладать правом голоса или правом вето, я хочу участвовать в том, что меня касается! Что значит "решение принято"? Кем это оно принято?! Так с людьми разговаривать неразумно: это в начале 2000-х был популярен суровый стиль "сказал - сделал", а двадцать лет спустя востребована способность к переговорам и кооперации".