7 лiпеня 2022, Чацвер, 4:46
Сім сім, Хартыя 97!
Рубрыкі

«Я был единственным мужчиной призывного возраста, кто выезжал из «ДНР» в Россию»

5
«Я был единственным мужчиной призывного возраста, кто выезжал из «ДНР» в Россию»

Житель Волновахи вырвался из оккупации и рассказал правду о фильтрации.

Максиму 23 года. У него донецкая прописка, но 8 лет он прожил в Волновахе – сюда вынужденно выехал с семьей после оккупации родного города в 2014-м. За это время Волноваха стала для него действительно родной: здесь он учился, работал в креативной сфере и не собирался уезжать, пишет УП.

Российская армия и боевики "ДНР" оккупировали Волноваху в середине марта. Парень пережил обстрелы, жизнь в бомбоубежище с сотнями людей, допросы и фильтрацию. И впервые за все это время увидел Донецк, когда пытался выбраться из оккупации в Европу. Что пришлось пережить жителям Волновахи во время боев и оккупации – в этом монологе.

В подвале больницы прятались больше 400 жителей

24-го февраля люди в Волновахе поделились на тех, кто выезжал из города и стоял на заправках в очереди за бензином, и тех, кто решил остаться, поэтому стоял в очереди у банкоматов и за продуктами. Ни первые, ни вторые тогда не осознавали, какой масштаб разрушений ждет наш город.

Самым ужасным днем для меня было 25-ое февраля. Ближе к вечеру освещение отключили – и наступила гробовая тишина. По городу уже никто не передвигался. Мы ждали, что в любой момент начнется наступление.

Это случилось на следующий день: утром мы уже слышали автоматные очереди, город обстреливали из артиллерии. Мы с семьей решили бросить дом и уйти в другую часть города – к родственникам. Пока шли, видели много сгоревшей техники.

С 27-го февраля связь Vodafone и "Київстар" пропала по всему городу. Не было воды и света, а через пару дней пропал газ. Оккупанты били город артиллерией, а после начались и авиаудары.

Мы перебрались в "бомбоубежище", которое находилось в железнодорожной больнице. В узком темном подвале было около 400 людей и медики, которые помогали раненым. На втором этаже хирург и анестезиолог продолжали оперировать, несмотря на обстрелы.

Этот подвал не был обустроен для пребывания там людей. Темное невентилируемое помещение, где находились старики, дети, раненые.

Мы начали выбивать двери в подвале, выносить оттуда мусор и хлам. После устилали полы матрасами, так и спали. Некоторые ребята ходили в соседний магазин, двери которого уже были взломаны, и набирали продукты. Под бомбежками на костре готовили пищу.

Выходя на улицу, мы видели, как горит весь наш город. Новости мы узнавали только друг от друга. Спустя пару дней решили уйти к родственникам домой, потому что сходили с ума от пребывания в подвале.

В моем доме уже жили боевики

Следующие две недели были сущим адом. Обстрелы не прекращались ни днем, ни ночью. Оккупанты не могли перейти железную дорогу больше 10 дней, потому что украинские защитники закрепились в вагонном депо.

За это время на здание прилетело несчетное количество снарядов, начиная от минометов и заканчивая авиаударами. Дома, которые находились рядом с предприятием, превратили в сплошные развалины. Мне говорили, что на улицах здесь лежало много тел погибших мирных жителей.

14-го марта активность обстрелов уменьшилась, и люди стали выходить на улицу и ходить по городу к своим домам и к родственникам. За это время мой дом сильно пострадал от обстрелов, в нем жили боевики. Я увидел, что там выбиты все двери и окна, лопнуло отопление. Было несколько прилетов во двор. Оккупанты проводили зачистку: ходили по домам и искали украинских военных.

В Волноваху начали привозить "гуманитарную помощь" – продукты из России. Правда, чтобы получить ее, ты должен был стоять часами в очереди, предоставить свои документы. Эту помощь выдавали то в центре города, то на автовокзале, и никто об этом не сообщал. Все было, как в русской рулетке – повезет или нет.

Многие старики даже и не знали, что дают гуманитарку, и не каждый, кто знал, мог пойти с одной стороны города в другую и выстоять многочасовую очередь.

Сначала говорили, что помощь будет каждый месяц, но в итоге риторика сменилась. И на вопрос, где гуманитарка, отвечали: "Все повезли на Мариуполь".

Также привозили хлеб к администрации. Его раздавал чеченец, который все снимал на видео. Сначала в центре была баня и стояли МЧСники, которые давали позвонить, но только на "Феникс" (оператор в оккупированном Донецке – ред.), но спустя две недели и этого всего не стало.

Появились спекулянты, которые покупали товары в Донецке или Докучаевске, и продавали их в Волновахе в три раза дороже. Они занимались выкачкой гривны у жителей. Если ты хотел поменять гривны на рубли, то курс был мизерный. За 1 гривну давали от 2 до 2,5 рублей, в зависимости от того, где и у кого ты менял.

Бились за "фильтрацию без очереди"

Теперь я, как и многие жители в оккупации, знают на личном опыте, что такое "фильтрация". И через что нужно пройти, чтобы получить эту бумажку. Без нее невозможно перемещение по территории, которую контролируют боевики "ДНР".

Мой опыт получения данного "документа" – это более трех недель пребывания в бесконечных очередях. Сначала в Докучаевске, а потом в селе Бугас.

В Докучаевске, чтобы получить пропуск, нужно записаться в список – тебе дают порядковый номер. После этого каждый день с 6:00 до 18:00 ты отмечаешься в списках, тем самым подтверждая свое пребывание там. Если в течении трех часов ты пропустишь перекличку, тебя вычеркнут из списка.

В день Докучаевск мог "отфильтровать" 100-150 человек. Туда привозили людей из Мариуполя, которых оформляли без очереди, и потом сразу отправляли в Россию.

Когда наступила моя очередь, выезд из Волновахи был временно закрыт, и я потерял свою очередь. Поэтому пришлось пройти эту процедуру в Бугасе. В Волноваху приходил автобус МЧС из Донецка, который набирал всего лишь по 35 человек и отвозил в Бугас для прохождения "фильтрации" без очереди.

Чтобы попасть в автобус, нужно было или записаться в список и ждать около недели своей очереди, приходя каждый день в центр города и проверяя список, или же в порядке живой очереди.

Люди занимали места, начиная с 2-х часов ночи, несмотря на комендантский час. Самое интересное происходило, когда эти две разные очереди встречались и решали, какая из них поедет в Бугас. Ссоры, разборки и ругань были каждый день.

Сама процедура получения пропуска в Докучаевске и Бугасе отличались. В Докучаевске брали отпечатки пальцев, проверяли телефон, IMEI, фотографировали и брали паспортные данные, а вот в Бугасе телефон даже не просили.

Проходя через "фильтрацию", некоторые люди попадали под пристальное внимание "МГБ "ДНР", боевики проверяли все твои переписки в социальных сетях, телефонную книгу, ноутбуки. Если ты проходил срочную или контрактную службу в армии, то тебя забирали для допроса. Так они вычисляли тех, кто может быть "опасным для "республики".

Для меня это не составило проблемы. Еще 25-го февраля я удалил с телефона все мессенджеры, проверил свою телефонную книгу. Позже удалил фото и видео разрушений в Волновахе, оставив только личные снимки.

Лайфхак для тех, кто хочет сохранить свою информацию во время фильтрации. Вы можете все загрузить в Telegram-переписку с кем-то, удалить приложение – а после снова скачать, когда уже будете на безопасной территории.

Удивлялись, почему меня до сих пор никто не забрал

После получения пропуска я узнал, что есть автобусы, которые ходят из Донецка прямиком в Польшу. Цена одного билета $330 или €300 с человека. Найдя в фейсбуке перевозчика из Волновахи в Донецк за тысячу гривен, мы отправились в город, в котором я не был восемь лет.

Хотя у всех в машине были пропуски, на Донецком блокпосту нам сказали, что нужен еще отдельный пропуск на машину. Мы пересели на попутку, которая довезла нас до хостела.

Ощущения от Донецка были негативными. Оказалось, что город замер в 2014-м году. На улицах одни девушки, женщины и старики. Мужчины призывного возраста если еще не мобилизованы в "армию "ДНР", то скрываются.

В 8:00 мы сели на автобус и отправились в 72-часовую дорогу в Польшу. Это маршрут через Россию, Латвию и Литву.

Мне было не по себе: когда мы выезжали из оккупации, я был единственным мужчиной призывного возраста. Я не знаю каким чудом, но даже с донецкой пропиской я спокойно прошёл таможню "ДНР" и России, хотя пассажиры удивлялись, как я не боюсь ехать и почему меня до сих пор никто не забрал.

Прохождение таможни "ДНР" – Россия заняло около двух часов, а вот из России в Латвию – около семи. Первое, что ты видишь на латвийской границе, это объявление: каждый, кто пострадал от агрессии России, может заявить об их преступлениях. Очень приветливые пограничники, спокойствие и ощущение безопасности наполняли меня. Спустя 12 часов дороги я оказался в Варшаве.

Незнакомая страна, другой язык, отсутствие плана на жизнь и неизвестность. Все это ждет меня здесь, но несмотря на это я рад, что смог выехать из своего города, которой оккупировали.

Я понимаю, что первым делом нужно эмоционально и физически разгрузиться и дать себе небольшой отдых. После 70 дней без воды, света, газа и под обстрелами тело требует мирной, размеренной жизни. Потом нужно будет оформлять документы для трудоустройства и искать работу, параллельно учить язык и адаптироваться к новой стране.

Волноваху и мой дом разбили, поэтому я буду искать для себя новое место в этом мире.

Спампоўвайце і ўсталёўвайце мэсэнджар Telegram на свой смартфон або кампутар, падпісвайцеся (кнопка «Далучыцца») на канал «Хартыя-97».