19 октября 2018, пятница, 8:53
Нам нужна ваша помощь
Рубрики

Как живут и сколько зарабатывают школьные учителя в разных странах мира

3

О своем опыте рассказали педагоги из Румынии, Норвегии, Сербии, Кипра и Таиланда.

Учителя из других стран рассказали «Мелу», сколько им платят, сложно ли стать учителем и какие проблемы существуют в заграничных школах.

Дора, 29 лет, учитель начальной школы, Кипр

Я проучилась четыре года, чтобы получить диплом учителя начальных классов. Потом поступила в магистратуру в Великобритании, после которой вернулась домой на остров. Чтобы найти работу на Кипре, надо предоставить все свои «корочки» в министерство образования. После этого попадаешь в огромный каталог (в нем около четырех тысяч учителей) и ждешь «письмо счастья». Я жду уже семь лет, но все еще на 984-й строчке. В среднем учителя ждут по десять лет после выпуска из университета.

Система меняется: теперь нужно сдать еще несколько экзаменов, которые проводят каждые два года. Тогда твое имя добавят в новый каталог и, возможно, будет больше шансов найти работу, — все зависит от числа учителей, которые требуются в государственные школы каждый год. Обычно их немного, поэтому и шансов устроиться на работу мало. С каждым годом система все больше разочаровывает, и сотни молодых специалистов меняют карьеру, потому что устали ждать. Хотя зарплаты на Кипре неплохие, вполне хватает на жизнь.

Сейчас я работаю ассистентом учителя: помогаю детям с особенностями развития и отстающим ученикам на продленке. Это одна из министерских программ, но на нее надо подаваться из года в год, нельзя получить постоянное место. К тому же это работа на полставки.

Лучшее в работе — видеть, как дети радуются простейшим вещам. Обнимают тебя, когда им вздумается, просто потому, что испытывают любовь и благодарность. Еще одна бесценная вещь — наблюдать прогресс учеников. Речь не только о знаниях, но и поведении. Например, когда дети из иммигрантских семей приходят в школу с нулевым знанием языка, а потом начинают говорить. Или слабый ребенок в математике или греческом неожиданно рисует шедевр на уроке искусства. Ты понимаешь, что каким-то образом причастен к этой эволюции, и это большая ответственность.

Главная цель школы — идти в шаг с программой, вовремя ее закончить и сдать экзамен. На учеников выливают тонны информации, и за всей это суетой у них не остается времени, чтобы заниматься творчеством и развивать свою личность. А на учителей по-прежнему давят, чтобы те прошли с детьми программу в срок.

Адриана, учитель английского языка, Румыния

Никогда не мечтала быть учителем, но хорошо знала английский. Отец посоветовал сдать «учительский экзамен» и получить лицензию на преподавание. Если сдаешь экзамен на высокий балл (от восьми и выше) — можешь преподавать в городских школах. Если меньше — в сельских. Я оказалась во второй группе и уехала работать в деревню. Проработала там около трех лет, а потом вышла замуж, ушла в затяжной декретный отпуск (у меня трое детей), и в ту школу больше не вернулась.

Молодые учителя должны проработать два года, чтобы получить бессрочный профессиональный сертификат. Через два года приходит инспекция, которая смотрит на твои уроки, и допускает (или нет) к экзамену.

Вообще, стать педагогом в Румынии несложно. Сложно найти место, где можно работать на постоянной основе

Часто учителя работают на заменах, но это сплошная нервотрепка: каждую неделю нужно вести минимум 18 уроков и бегать из школы в школу, которые могут находиться далеко друг от друга.

Шесть лет назад я решила вернуться в школу и снова пошла сдавать «учительский экзамен». На этот раз получила высокую оценку и могла бы работать в городской школе. Но в городе не было вакансий для учителей английского. Поэтому вновь вернулась в деревню, правда, и там нашла работу только на полставки — сейчас у меня всего три урока в неделю.

Румынские учителя работают много, а вот зарабатывают мало. Зарплата зависит от стажа, квалификации и количества отработанных часов. Все мои коллеги жалуются на непосильный объем работы и крохотные зарплаты.

Я люблю свою работу, чувствую, что это мое предназначение. Но ненавижу бюрократию. Мы должны готовить планы уроков и отчитываться о любом мероприятии, которое хотим провести с детьми. Многие учителя отказываются от своих идей, потому что придется потратить тонну часов, чтобы объяснить их руководству.

Ученики уважают учителей, которые уважают детей, и ведут себя ужасно с теми, кто кричит или относится к ним плохо. Детям важно, чтобы с их мнением считались. Родители проводят много времени на работе и не уделяют достаточного внимания эмоциональному состоянию ребенка. Поэтому часто приходится быть и учителем, и мамой, и психологом.

Школьная программа в Румынии не соответствует реальности. Она сконцентрирована на конкретных предметах, а не нуждах ребенка. Однажды директор вызвал к себе и посоветовал «не бежать впереди паровоза» и забыть о новых методах обучения, потому что их результативность не доказана. Современные дети сообразительные, но совершенно нетерпеливые. Поэтому уроки должны быть захватывающими и короткими. Никто этого не понимает.

Милица, учитель английского, Сербия

(Имя учителя изменено по его просьбе)

Стать учителем в Сербии несложно — надо только окончить педвуз. А вот найти работу в государственной школе уже сложнее, потому что квалифицированных специалистов гораздо больше, чем мест. Я много лет преподавала английский в частных учреждениях. Только три года назад удалось устроиться в государственную школу по рекомендации знакомой — в Сербии это обычное дело.

Учителя государственных школ в среднем зарабатывают 42 000 сербских динар в месяц. Этого недостаточно для комфортной жизни, особенно если снимаешь квартиру, за которую отдаешь ползарплаты. Поэтому преподавание часто не единственное занятие школьных учителей.

Последние годы система образования сильно меняется и, честно говоря, мы уже потерялись в этом процессе. Мы не понимаем, чего от нас хотят. Родители давят на учителей (особенно в начальной школе). Они ждут, что дети будут преуспевать по всем предметам, но это в принципе невозможно, потому что у каждого ребенка свои сильные и слабые стороны. Дети и подростки перестали уважать учителей и систему образования в целом. Ценности меняются, повсюду заметно влияние Запада.

Ненавижу скучную и бесполезную административную работу, которую нас заставляют делать. Еще не люблю грубых и заносчивых подростков, которые пытаются сорвать урок. Но дети защищены тем, что они — дети, а любой конфликт в классе или низкую успеваемость вменяют в вину учителям.

Мне нравится, когда детям нравятся мои уроки. Я понимаю, что не могу изменить мир, но могу урок за уроком показывать учениками красоту знаний и открывать для них новые возможности.

Джен, учитель математики, Норвегия

Для поступления в педвуз хватает даже посредственных оценок, потом нужно отучиться пять лет — и все. Я вообще сначала шесть лет проработала без диплома, а потом пошла учиться.

Быть учителем в Норвегии — совсем не престижно, хотя зарплаты в образовании неплохие. По крайней мере, их вполне хватает на жизнь. Стартовая зарплата около 500 000 норвежских крон в год.

Я люблю преподавать и мне нравится, что я играю важную роль в жизни своих учеников на их пути ко взрослой жизни. Но терпеть не могу многочисленные отчеты и формы, которые мне приходится заполнять.

Главная проблема национального образования — это «целевая» система. Мы оцениваем каждого ученика по специальной шкале по каждому предмету. Детям приходится решать кучу тестов и не хватает времени на творчество.

Фрай, учитель обществознания и тайского языка, Таиланд

Когда-то работать учителем в Таиланде было невероятно сложно и престижно. Глубокие знания и высокие моральные ценности — учителя должны были стать примером для детей. Все меняется: сейчас учителем может быть каждый — надо всего лишь сдать тест.

Средняя учительская зарплата начинается с 15 000 бат. Это мало за тот объем работы, что нам приходится делать. В сёлах зарплаты еще ниже. Содержать семью на эти деньги почти невозможно. Многим учителям приходится брать кредиты и залезать в долги.

Родители и дети сейчас все меньше доверяют школе. Лучшие учителя уходят в частные образовательные центры. В конце концов я тоже бросила работу в государственной школе. Теперь работаю в центре неформального образования, где занимаюсь действительно учениками, а не бумажками.

Я думаю, тайскому образованию необходимо развивать структуры, которые готовят профессионалов и уделять больше внимания профориентации. Чтобы поступить в престижные университеты, дети часто дополнительно ходят в частные школы. Там их натаскивают по каждому предмету. Проблема в том, что многие подростки даже не понимают, чем хотят заниматься в будущем, и выбирают профессию по советам родителей и друзей.

Изменения, конечно, есть: например, постепенно детям дают высказаться и поучаствовать в жизни класса без страха быть наказанным. Важно, чтобы ученики, которые провалили тесты, не думали, что они глупые и продолжали искать себя в других сферах, например, спорте или музыке.