14 ноября 2018, среда, 17:32
Поддержите сайт «Хартия-97»
Рубрики

Россия и Беларусь – на пороге новой «нефтяной войны»

13

Чем поступится Лукашенко на торгах с Кремлем?

Российский бюджет теряет только на одних беспошлинных поставках нефти в Беларусь свыше 3 млрд. долларов в год, заявляет российский Минфин. Россия автоматически лишит Беларусь этих денег, как только завершит налоговый маневр в нефтяной отрасли. За новую поддержку белорусским властям снова придется торговаться с Кремлем.

Потери от поставок беспошлинной нефти в Беларусь – 3 млрд. долларов

Российская Госдума 5 июля приняла в первом чтении поправки в Налоговый кодекс и закон «О таможенном тарифе», которые открывают зеленую улицу для завершения налогового маневра в нефтяной отрасли.

Законопроекты в Госдуме представлял замминистра финансов РФ Илья Трунин. Он рассказал, что сейчас российский бюджет теряет большие суммы из-за скрытых субсидий нефтяникам. Субсидии возникают из-за разницы в ставках экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты. Размер субсидий составляет при цене нефти 40 долларов за баррель порядка 1,1 трлн. российских рублей в год, отметил И. Трунин. А при цене на нефть 75 долларов величина такой субсидии превышает 6 тыс. российских рублей на тонну переработанной нефти.

По словам И. Трунина, только на одних беспошлинных поставках нефти в Беларусь при полном сохранении права на обложение экспортной пошлиной за властями Беларуси российский бюджет теряет свыше 3 млрд. долларов в год. Это недопустимо, когда министерство ищет деньги на финансирование общегосударственных задач, подчеркнул он.

Для справки:

В России предлагается снижать с 30% до 0% от цены нефти ставку вывозной таможенной пошлины на нефть в течение 6 лет начиная с 1 января 2019 года. В 2019 году предельные ставки пошлины (выше которых не может быть установлена пошлина, рассчитываемая по формулам правительства РФ) предлагается умножать на коэффициент 0,833, в 2020 году — 0,667, в 2021 году — 0,5, в 2022 году — 0,333, в 2023 году — 0,167, в 2024 году — 0. Таким образом, с 2024 года экспортная пошлина на нефть в РФ будет отменена. Одновременно будет повышаться налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) при добыче нефти и газового конденсата.

Российские власти заранее озаботились поддержкой своих НПЗ

Повышение НДПИ обернется ростом внутренних цен на нефть и, соответственно, цен на автомобильное топливо на внутреннем рынке. Чтобы этого не допустить, правительство РФ предложило новый механизм поддержки отечественных НПЗ, основанный на отрицательных акцизах. Их предполагается установить на нефтяное сырье для компенсации роста цены нефти только тем заводам, которые осуществляют поставки бензина 5-го класса на внутренний рынок, а также тем заводам, которые заключили соглашение с Минэнерго о модернизации мощностей.

Внедрение отрицательного акциза, по словам Трунина, также позволит не принимать экстренные решения по снижению размера акциза на нефтепродукты в случае изменения ценовой конъюнктуры на внешних рынках, как это было сделано с 1 июля 2018 года.

Поэтому правительство предлагает установить специальную надбавку к отрицательному акцизу, которая будет при резком росте цен — свыше целевого уровня больше чем на 10% — компенсировать часть этого роста (разницы между ценой экспортного паритета и целевым индикатором цены): в 2019 году — на 60%, в последующие периоды — на 50%.

При этом правительство сможет использовать механизм экспортной пошлины даже в условиях ее полной отмены. «Если в течение трех месяцев наблюдается рост экспортного паритета, то есть изменение конъюнктуры мировых рынков более чем на 20%, то правительство получает право вводить экспортную пошлину в том объеме, который применяется сейчас — до 30% в части нефти и до 90% в части светлых нефтепродуктов», — пояснил И.Трунин.

Поддержка Беларуси: от «неограниченной» — к «счетной» форме

Сейчас Беларусь импортирует нефть из России беспошлинно. Если Россия обнулит экспортные пошлины на нефть и увеличит НДПИ, цена российской нефти для Беларуси повысится фактически до мирового уровня. При этом в условиях единого таможенного пространства Беларусь также будет вынуждена отменить экспортные пошлины на нефть и нефтепродукты. Потери белорусского бюджета в связи с этим оценивались на уровне 2 млрд. долларов, или около 4% ВВП.

В ходе обсуждения новаций в Госдуме в связи с завершением налогового маневра Трунину задали вопрос: а как будет обеспечена поддержка Беларуси после отмены экспортных пошлин?

Он отметил, что, сейчас Россия поддерживает экономику Беларуси через разные инструменты. «Мы от этой поддержки не отказываемся, у нас союзное государство. Единственное, что условия и объемы этой поддержки не фиксированы: сколько поставили нефти и нефтепродуктов, столько и поставили, какие сложились условия на рынках, такие и сложились. Федеральный бюджет в любых условиях недополучает доходы», — заметил замминистра финансов РФ.

По его словам, «нам представляется, что, если мы и дальше будем поддерживать, — а мы будем поддерживать Беларусь, поскольку это наш стратегический партнер, — необходимо использовать другие формы поддержки: абсолютно счетные, определенные, которые не будут иметь такой неограниченный характер».

Остались ли у Беларуси козыри для торга?

Принимая решение об обнулении нефтяных пошли, российские власти, надо полагать, меньше всего думали, как этот шаг отразится на белорусской нефтепереработке и белорусском бюджете. Поэтому заявление российского чиновника Минфина о «безусловной» поддержке Беларуси после завершения налогового маневра носит, скорее, ритуальный характер.

За объем новой, «счетной» российской поддержки белорусским властям придется снова торговаться с Россией.

Казалось бы, на этапе Таможенного союза, а затем и Евразийского экономического союза Беларусь выжала для себя максимум возможных дивидендов от этого интеграционного проекта.

Напомним, при создании Евразийского экономического союза Минск настаивал на свободном доступе к энергоресурсам в союзе, а также создании конкурентной среды в отношении поставок энергоресурсов в Беларусь. Ведь только отмена экспортной пошлины на нефтепродукты позволяла Беларуси с 2015 года автоматически пополнить бюджет в размере 2-3 млрд. долларов (в зависимости от цены на нефть). Отметим, что в то время Беларусь перечисляла пошлины на нефтепродукты в российский бюджет.

Цена этого вопроса была настолько высока для Беларуси, что из-за нефтяных пошлин чуть было не сорвалось подписание договора о ЕАЭС: Лукашенко не хотел ставить свою подпись под договором, не получив ясности по этому вопросу, а Россия не хотела, чтобы экспортные пошлины на нефтепродукты оставались в бюджете Беларуси. Вопрос вынесли на уровень правителей России и Беларуси. Окончательно договоренности правителей по этому вопросу были оформлены лишь 29 мая 2014 года – в день подписания договора о создании ЕАЭС.

Стороны подписали протокол о внесении изменений в соглашение о порядке уплаты и зачисления вывозных таможенных пошлин при экспорте с территории Беларусь. Согласно ему, в бюджет Беларуси зачислялось 1,5 млрд. долларов экспортных пошлин на нефтепродукты, остальная сумма — в российский бюджет. Эта договоренность рассчитана до 2025 года — срока создания единого рынка нефти и нефтепродуктов ЕАЭС.

Тем не менее, окончательная точка в этом вопросе все еще не была поставлена. Нефтяные пошлины снова чуть было не сорвали ратификацию Беларусью Договора о создании ЕАЭС. Белорусской стороне «стало известно», что Россия с 2015 по 2017 года проводит налоговый маневр (отметим, что позже РФ отложило сроки его завершения) – налоговую реформу в нефтяной отрасли, в результате чего входная цена на нефть для Беларуси уже с 2015 года повышалась на 100 долларов за тонну.

Белорусская сторона потребовала компенсировать эти потери. А для этого попросила полностью освободить ее от уплаты экспортных пошлин на нефтепродукты в российский бюджет на 3 года – пока в России будет продолжаться налоговый маневр, чтобы белорусские НПЗ смогли завершить модернизацию и были готовы работать в новых условиях. Москва согласилась дать освобождение только на один год (отметим, что тогда еще никто не предполагал, что из-за рухнувших мировых цен на нефть этот вопрос скоро утратит свою актуальность, — объем полученных Беларусью экспортных пошлин на нефтепродукты в последние годы не превышал 1,5 млрд. долларов).

С 2015 года все экспортные пошлины остаются в белорусском бюджете, — в российский бюджет они не попадают, поскольку их сумма ниже 1,5 млрд. долларов. В 2015 году сумма оставленных в Беларуси пошлин за нефтепродукты составила порядка 1,270 млрд. долларов, в 2016 году — 550 млн. долларов, в 2017 году — чуть больше 600 млн. долларов.

Использовать прежний евразийский козырь для торга за новые нефтяные льготы Беларуси сейчас вряд ли удастся — все судьбоносные решения в рамках ЕАЭС уже подписаны, в том числе ранее были достигнуты договоренности об отмене к 2025 году пошлин на нефть и нефтепродукты.

В орбите общих нефтяных интересов – «Дружба» и транзит нефтепродуктов

Чтобы получить российскую поддержку, белорусскому руководству придется, видимо, поторговаться за то, что в первую очередь интересует РФ в нефтяной сфере.

Нельзя исключить, что предметом торга может стать приватизация ОАО «Гомельтранснефть Дружба». Через эту белорусскую трубу осуществляется примерно треть российских поставок нефти в ЕС — более 50 млн. тонн ежегодно. По оценкам, это около 10% потребления европейских НПЗ. Наиболее зависимы от поставок российской нефти Польша, НПЗ которой на 75% завязаны на российское сырье, и Германия, заводы которой загружены российской нефтью на 15%.

Пока Беларусь завязана исключительно на российскую нефть, сложно представить, кто, кроме российской нефтетранспортной монополии «Транснефть» может стать собственником гомельской «Дружбы».

Напомним, что лет десять назад приватизация двух белорусских нефтетранспортных предприятий была включена в проект программного документа по сотрудничеству Беларуси и РФ в сфере ТЭКа. В 2009 году сообщалось, что белорусская сторона направила соответствующие предложения «Транснефти».

Позже тема приватизации двух белорусских предприятий по транспорту нефти также была обозначена в программном документе по сотрудничеству Беларуси и РФ в сфере ТЭКа — проекте Программы расширения сотрудничестве в топливно-энергетической сфере. Один из пунктов этой программы содержал предложение Минска поучаствовать в приватизации белорусского участка нефтепровода «Дружба». Однако в Москве белорусскую инициативу не поддержали — российская сторона настаивала на подписании межправительственного соглашения о гарантиях сохранности российских инвестиций в Беларуси.

Для Минска обсуждение этого вопроса в контексте возможного торга за новые нефтяные преференции сейчас вполне логично, учитывая, что в январе 2010 года Беларусь в пакете с соглашением по поставкам нефти в страну подписала с Россией методику тарифного регулирования при транспортировке российской нефти по «Дружбе», что фактически лишило Беларусь самостоятельной политики в сфере транзита российской нефти.

Другое дело, если Беларусь всерьез думает после завершения ключевых этапов модернизации отечественных НПЗ об альтернативных поставках нефти, то приватизация гомельской «Дружбы» российской компанией исключена. В противном случае Беларусь потеряет техническую возможность поставлять альтернативную нефть по южному, наиболее реальному коридору – по трубопроводу Одесса-Броды.

Еще один возможный вопрос для торга с Кремлем – переориентация белорусских нефтепродуктов с портов стран Балтии на российские. В России эту тему не забыли. «Правительство РФ очень беспокоит ситуация, когда, находясь в одном Евразийском союзе, сформировав единое евразийское государство России и Беларуси, мы видим, что выработанные из российской нефти нефтепродукты вывозятся с территории ЕАЭС не через порты евразийского союза. Правительство обращает внимание, что ведет переговоры с профильными ведомствами о том, чтобы создать условия, в том числе и со стороны России и Беларуси, чтобы таким экспортом загрузить, прежде всего, российские порты», — заявлял российский чиновник И. Трунин в Госдуме в январе 2018 года.

пНо и в этом случае возникает интересная коллизия. Пока Беларусь завязана на поставки российской «льготной» нефти, Москва может диктовать союзнику подобные условия. Если же Россия завершит налоговый маневр, а белорусские НПЗ успеют модернизироваться и к этому времени смогут перерабатывать альтернативную нефть, надавить на нефтяной рычаг Москве будет сложнее.

Все эти «альтернативные» сценарии, конечно же, условны. Но они возможны, если к этому времени белорусская экономика не окажется в столь плачевном состоянии, что вынудит белорусские власти идти на поклон к Кремлю за очередной финансовой поддержкой и соглашаться на его условия.

Татьяна Маненок, «Белрынок»