21 мая 2018, понедельник, 20:00
Рубрики

«Шеф, все пропало!»

24

Лукашенко проигрывает не только в хоккей.

Об этом, комментируя ситуацию в стране, в интервью сайту Charter97.org рассказал координатор гражданской кампании «Европейская Беларусь» Максим Винярский.

- Утром 11 мая вы вышли на свободу после 12,5 суток ареста – за солидарность с политзаключенными и празднование Дня Воли. Чем запомнилась очередная «побывка» на Окрестина?

- В ЦИП на Окрестина меня поместили в небольшую камеру, рассчитанную на двух человек.

Мне, как и в прошлые аресты, запретили пользоваться бумагой и ручкой. Это и понятно: я же мог написать на них жалобу.

Новым были ежедневные обыски, причину которых не объясняли. Во время обысков сотрудники милиции каждый раз демонстративно швыряли на пол все мои книги. До сих пор не могу понять, зачем они это делали: свои действия они объяснять отказывались.

Игра в молчанку со стороны тюремной администрации, думаю, была одним из методов психологического воздействия. Они не объясняли не только, почему топчут книги.

Они упорно хранили молчание на мои вопросы – выпустят ли меня 5 мая, по истечении назначенных судом семи суток ареста. Потом, когда арест продлили, дежурные отказывались говорить мне, выйду ли я утром 11 мая на свободу – «служебная тайна». При этом «неполитическим» арестантам даже без их вопросов объясняли, когда их выпустят.

Это что-то новое, психологическая игра: власти хотят показать, что они становятся «коллективным Оруэллом» и контролируют все, а мы можем только догадываться, что они задумали по нашему поводу.

- Как обычные люди, которые с вами находились, чувствуют ситуацию в стране. 12 суток – длинный срок, о чем вы говорили между собой?

- С нами был один парень, который раньше отбывал уголовные сроки. Ему было с чем сравнить. Так вот, он сказал: сюда бы еще охрану посерьезнее – получились бы условия, как у «смертников». Он прав: при выходе из камеры – руки на стену, ладонями наружу, при ходьбе – руки за спину. Паранойи у власти становится все больше. От безнаказанности тюремщики буквально сходят с ума.

Административно арестованного приводят на встречу с адвокатом – и закрывают в железную клетку. Зачем? Неужели кто-то будет бросаться на адвоката, который просто пришел подписать жалобу на незаконный приговор.

А разговоры – это отдельная тема. Редко когда мне столько раз приходилось слышать, что у Лукашенко дела, мягко говоря – дрянь. Об этом все только и говорят. Люди убеждены: лучше не станет, пока власть не измениться. Тех, кто считает, что в стране «все нормально», не было даже среди бомжей.

Вторая популярная тема – милицейский беспредел в Беларуси. Даже те, кто признают, что они нарушили закон, могут доказать, что милиция закон нарушила в куда большей степени. Но главное: не дай Бог попасть в поле зрения милиции и властей, под око «коллективного Оруэлла». С нами был футбольный фанат, который в их базе данных попал в «экстремисты». Как только в стране что-то случается – он стабильно «едет» за решетку.

- Вы пробыли на сутках почти в два раза больше, чем задержанные с вами 26 апреля. Чем объясните такое «особое» отношение к себе?

- Во-первых, это была попытка изолировать меня накануне 1 мая, когда независимые профсоюзы проводили митинг за права рабочих.

Во-вторых, я считаю, что добавленные шесть суток – это личная месть начальника ЦИП на Окрестина Соколовского. Скорее всего, из-за того, что я неоднократно писал жалобы на условия содержания. В пользу этой версии говорит и поведение дежурных тюремщиков: они не совсем понимали, почему меня не надо выпускать 5 мая. Если приказ приходит с самого «верха», то они ведут себя по-другому, с осознанием важности выполняемого долга. А в этот раз было видно, что это мелочная, подленькая личная месть небольшого начальника. Напакостить по-мелкому – еще одна черта сегодняшней власти, кроме желания все контролировать.

Но не с моими «сутками» волноваться, будет на пять дней больше или меньше. На «слабо» им взять меня не получится: к мелким пакостям у меня уже выработался иммунитет.

- Пока вы были на Окрестина, лидерам профсоюза РЭП предъявили окончательное обвинение по статье со сроком до семи лет. Есть ли какая-то связь между жесткими задержаниями 25 марта, арестами после акции 26 апреля и решением по делу профсоюзов?

- Безусловно, такая связь есть. Лукашенко проигрывает не только в хоккей. Пожалуй, даже его высшим чиновникам стало очевидно, их общая карта бита: экономические эксперименты провалились, а для «пересидевших» у власти нет ничего страшнее, чем революция на «голодный желудок». Большие опасения, пожалуй , у них вызывают только революции достоинства – наподобие украинской или армянской. Не зря армянская тема не сходила с повестки дня во время «послания» диктатора народу и «парламенту».

Хочу напомнить, с какими лицами в этот раз слушали люди из ближайшего окружения Лукашенко его ежегодное «чревовещание». Это было выражение безысходной тоски, казалось, что кто-нибудь сейчас не выдержит, «подорвется» со своего места и закричит: «Шеф, все пропало!». А потом, когда с главной трибуны начался поток оторванных от реальности абстракций, сложилось впечатление, что все отчаянно ищут глазами какого-нибудь сверхчеловека, доброго волшебника, который бы раз и навсегда выключил этот сиплый голос – и они могли проснуться нормальными людьми, вернуться к семьям, к осмысленной жизни в нормальной стране.

Думаю, что и сам правитель, если он еще не погрузился, образно говоря, в подземный бункер, чувствует, что все идет не так. Это даже не ситуация, когда трон шатается, это ситуация, когда у власти «села батарейка». И методов, как оживить картонные декорации в дроздовском театре одного актера, у Лукашенко нет. Не научился за 24 года правления. Поэтому в ход идут старые, пожелтевшие методички, взятые напрокат у вырядившегося в НКВДшную форму Шуневича или из архива здания с бюстом «железного Феликса» напротив.

Покрывшиеся пылью методички дают диктатору два рецепта: «держать» и «не пущать». Поэтому и аресты людей на мирной акции 25 марта, и задержание меня и моих товарищей из-за того, что 26 апреля мы вышли с портретами политзаключенных, и преследование лидеров профсоюза РЭП – это все звенья одной цепи. Точнее, клиническая картина одного и того же невроза, возникшего из-за страха потерять контроль над ситуацией и как следствие – власть. Но наш известный «историк» и политрук забыл, наверное, истину, которую должен был усвоить на занятиях по марксизму в Могилевском университете: базис (экономика) определяет надстройку (политика). Потому контроль над ситуацией он давно потерял, так как этот режим с самого начала не знал, с какой стороны к этому загадочному «зверю» под названием «экономика» подходить, как его «доить». И «зверь» таки лягнул незадачливого дояра – так, что он до сих пор не может прийти в себя, и мы наблюдаем все большее погружение страны в кризис, а власти – в абсурд.

Вот только это брожение в тумане абсурда может для режима закончиться довольно неожиданно. В этот раз Лукашенко схлестнулся с достойным противником: я имею в виду силу и солидарность международного рабочего движения. Международные профсоюзы уже выдвинули диктатору ультиматум, который тот сделал вид, что не услышал. Думаю, что если Международной организации труда удастся убедить Запад в необходимости санкций против нового вида рабовладельческого режима, то это будут очень серьезные меры.

Вторая серьезная ошибка Лукашенко – война против независимых СМИ. Масштаб международной солидарности с «Хартией-97» уже достиг того уровня, что тема последней диктатуры снова выходит на повестку дня в Европарламенте.

Наконец, белорусская власть недавно бросила себе под ноги еще одну банановую корку, на которой может поскользнуться. Я имею в виду реанимированный декрет о «тунеядцах» - № 1. До людей уже доходит понимание того, что это не просто вторая попытка собрать деньги с безработных. Декрет претендует на универсальный характер и затронет почти всех: и тех, кто живет в одной квартире, и тех, у кого есть родственники, попавшие в поле зрение комиссий с неограниченными полномочиями. А в базы данных, собираемые для реализации декрета, могут попасть вообще все граждане страны. И бьет он, хоть замаскированно, через оплату ЖКХ, по самому больному, самому кровному – квартирам белорусов. Ведь наш народ каждую свободную копейку семьями и поколениями инвестирует в две вещи: доллары и жилье. Поэтому новый декрет для власти действительно может стать пороховой бочкой. Мы сейчас живем в очень интересное время. События могут начать развиваться стремительно.

- Как, по вашему мнению, можно противостоять наступлению властей? Сможет ли борьба с декретом №1 стать объединяющим фактором, как когда-то протесты против декрета №3?

- Думаю, что и еще в большей степени, чем против декрета № 3. Ведь новый, как я уже говорил – более универсальный, а потому более жесткий, абсурдный и может вызвать больше возмущения. Впрочем, не хочу делать прогнозов. Опять же, как уже говорил: мы живем в исключительно интересное время. Резкие повороты в обществе и стране могут произойти совершенно внезапно.

Потому всегда важно помнить: на чьей ты стороне, для чего живешь. Для приумножения сверхдоходов «дроздовского клана» или для достойного будущего своих детей? Просто задавать себе этот вопрос и готовиться проявить ответственность, когда начнутся те самые «интересные события». И, конечно же, помнить о тех славных принципах, которые многие усвоили за годы борьбы с диктатурой: солидарность, личное мужество, активизм. Не бойтесь быть на стороне правды! Это всегда перспективнее.