15 декабря 2018, суббота, 11:07
Спасибо вам
Рубрики

Восстание 1863 года: как тяга белорусов к свободе испугала Муравьева

5

Царские чиновники долго не могли усмирить наш край.

Чиновники и генералы русского царя не хотели повторения восстания 1863 года, которое всколыхнуло Польшу и Литву и потребовало громадного напряжения армии империи. Виленский генерал-губернатор Михаил Муравьев понимал, что одних пушек и штыков для полного наведения порядка в землях литвинов будет недостаточно, пишет litvin.pl.

Память о жертвах царских карателей будет с течением времени поднимать новых и новых врагов режима. Требовалось искоренить сам дух восстания, привязав литвинские земли к российским губерниям. Пушки умолкли, в дело вступила армия чиновников.

Друг декабристов, ставший царским сатрапом и палачом - генерал Муравьев

Ставку Муравьев сделал на чиновническую хватку земского отдела министерства внутренних дел, а также на опыт сотрудников министерства финансов и государственного имущества. Эти управленческие структуры должны были уничтожить экономическую базу для новых восстаний литвинов и поляков. Приоритетным генерал-губернатор считал также введение в Литве русского землевладения.

Первые шаги в увеличении помещичьей прослойки в литвинских областях были сделаны сразу после 1864 года, когда в Сибирь сослали тысячи шляхтичей. У литвинских землевладельцев отбирали имения в пользу русских собственников. При это всю шляхту разделили на «честных» и «нечестных». Уровень благосостояния теперь мог определяться степенью лояльности помещика к русским властям.

Большим доверием у Муравьева пользовались землевладельцы русского и прибалтийского происхождения. Меньшим – представители польской и литвинской аристократии, исповедующие католицизм.

Полицейским чиновникам вменялось в обязанность следить на местах за собраниями шляхты. Массовые мероприятия (съезды, сеймики, сборы средств на разные цели, в том числе и на благотворительные) могли проводиться только с разрешения уездных или губернских властей.

Виселицами и расстрелами завоевывал генерал-губернатор Муравьев "любовь" литвинов

Нарушения административного законодательства карались штрафами, которые мог произвольно устанавливать сам генерал-губернатор. Некоторых помещиков литвинского происхождения такие поборы российской власти просто вгоняли в нищету. Наказывались землевладельцы, имевшие среди родственников смутьянов (участников восстания 1863 года).

Только в 1866 году штрафы и прочие финансовые взыскания были несколько упорядочены.

Интересно поступили власти с имуществом тех литвинов, кто был сослан в российские губернии после 1863 года. Их вернули в 1865 году, но потребовали немедленно продать оставшиеся земельные участки, имения. В противном случае собственность продавалась с аукциона. Такие усадьбы литвины не имели права покупать вновь.

Наряду с такими драконовскими методами вступали в действие льготы по налогообложению для немцев и россиян. Так, прибалтийские бароны и прочие владельцы могли уплачивать сниженный контрибуционный сбор до 2,5%, который вскоре был и вовсе отменен. Таких льгот литвины не имели. Чиновники генерал-губернатора регулярно составляли списки лиц, подлежащих льготам.

Помещикам из российских губерний, желавших приобретать недвижимость и земли в краю литвинов, выдавали ссуды и кредиты согласно «Положению о льготах, преимуществах и денежных ссудах, представляемых при покупке казенных и частных имений в западных губерниях». Существовал для этих целей специальный кредитный фонд, располагавший громадными финансовыми ресурсами в 5 миллионов золотых рублей.

Доступ к кредитным ресурсам получали исключительно русские по национальности помещики. Полякам и литвинам вход в кредитные учреждения запрещали.

Особенно больно подобные запреты на землевладение ударили по крестьянам-литвинам. Лично свободные они вынуждены были становиться арендаторами помещиков-россиян. В 1900 году в собственности крестьян-литвинов находилось только 5,5% земли. А при этом крестьяне в землях былого ВКЛ составляли не менее 56,7% всего населения.

Тормозилось развитие экономики в западных губерниях Российской империи отсутствием судебной реформы. В органах местного самоуправления литвины также не имели никакой власти, которая была сконцентрирована в руках военно-чиновничьей верхушки северо-Западного края.

Дворянские собрания после 1864 года приостановили свою работу. Не вводились в действие новые судебные уставы, как то было в глубине империи. Вплоть до 1888 года поляков и литвинов нельзя было избирать на должности дворянских предводителей в уездах.

По сравнению с российскими губерниями опоздала в землях былого ВКЛ и реформа городского самоуправления (началась только с 1875 года). Но городской голова в землях литвинов не избирался, как в России, а назначался на должность специальным решением министра внутренних дел империи. Чиновники из России и тут правили бал.

Муравьев «позаботился» и о том, чтобы литвины не могли свободно развивать свои умственные способности. Школьная реформа предполагала дискриминацию в обучении по национальному признаку. Родной язык литвинов и преподавание на польском языке запрещалось. Обучение везде требовалось вести только на языке Пушкина и Державина, как говорил Муравьев. Причем всех учителей (в школах всех уровней) обязательно проверяла полиция на предмет благонадежности.

Генерал-губернатор Муравьев настоял на том, чтобы для литвинов был установлен 10-процентный лимит приема в университеты Москвы, Петербурга, Киева, Казани, в главные высшие учебные заведения империи. Мера строго соблюдалась практически все царствование императора Александра II.

Гонения на предпринимателей польского и литвинского происхождения пагубно сказались на экономике земель ВКЛ. Интересно, что В 80-90-е годы19 века в западных областях было создано в 4 раза больше предприятий, чем в 20 лет до того.

К 1900 году на территории нынешней Беларуси действовали только 10 акционерных общества. Между тем преференции выдавались винокуренным заводам, продукцию которых можно было свободно и в любое время продавать в самых отдаленных местностях.

Виленский генерал-губернатор издавал специальные распоряжения о торговле спиртным в различных регионах. Доход от винной монополии шел в царскую казну. Фактически литвинов старались спаивать всеми возможными способами.

Численность купеческого сословия в землях литвинов в 1890-х годах была одной из самых низких в империи. Согласно статистическим данным на 1897 год имелось всего 18 тыс. купцов всех гильдий.

Предпринимателям из купеческого сословия принадлежало только 17 процентов всех предприятий. Большей частью фабрик и мастерских распоряжались государственные чиновники, а также частные владельцы из российских дворян. Так было в 1900 году.

Многое из мер, которые применял на практике во имя «умиротворения» западных губерний губернатор Михаил Муравьев, прозванный Вешателем, прижилось и в более поздние эпохи.